Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение муниципального

образования г. Саяногорск «Школа №3 им. Героя России С. Медведева»

Научная статья

«Модальность как одна из основных лингвистических

категорий»

Терехова Татьяна Андреевна

учитель английского языка

5

Введение

В последние годы наблюдается интенсивное исследование категории

модальности как в отечественном, так и в зарубежном языкознании.

Несмотря на то, что категория модальности в английском языке в

целом

не

является

малоизученной

проблемой,

все

еще

существует

множество спорных вопросов в данной области. Актуальность выбора

данной темы подтверждается также тем, что не существует единого мнения

о роли и месте грамматики в процессе обучения иностранному языку,

путях и приемах научения учащихся грамматическому строю языка.

Но, тем не менее, одной из основных практических целей обучения

иностранному языку в средней школе является обучение грамматической

стороне

речи.

Учащихся

необходимо

научить

использовать

усвоенный

грамматический материал для выражения своих мыслей в соответствии с

речевой ситуацией.

Поэтому целью

нашей

работы

является

исследование

некоторых

средств

выражения

категории

модальности

в

современном

английском

языке и рассмотрение проблем их применения в учебном процессе на

среднем этапе обучения в школе. Для достижения цели были поставлены

следующие задачи:

1.

рассмотреть

средства

выражения

категории

модальности

в

английском языке;

2. дать общую характеристику модальным глаголам как основным

средствам выражения категории модальности;

3. рассмотреть существующие классификации значений модальных

глаголов can, may, must;

4.

определить

частотность

употребления

модальных

глаголов can,

may, must в художественной литературе;

5. выявить проблемы обучения грамматике;

6. рассмотреть существующие подходы к определению роли и места

грамматики в учебном процессе;

6

7.

составить

комплекс

упражнений

на

формирование

речевых

грамматических навыков употребления модальных глаголов на средней

ступени обучения.

П р и

и зу ч е н и и

д а н н о й

п р о бл е м ы

и с п ол ь зуе т с я

м е т од

лингвистического наблюдения и описания языковых явлений, в качестве

вспомогательных – методы контекстуального анализа.

Материалом исследования послужили теоретические источники и

художественная литература.

Теоретико-методологическую

основу

исследования

составили

научные

работы

по

грамматике

английского

языка

отечественных

и

зарубежных

лингвистов:

В.Д.

Аракина,

И.С.

Ануровой,

Т.А.Барабаш,

Л.С.Бархударова и других.

Работа

представляет

теоретическую

значимость

в

частности

для

преподавателей и студентов факультета иностранных языков. Практическая

ценность заключается в возможности использования данного материала

как на практических занятиях по английскому языку, так и на уроках в

школе.

Комплекс

упражнений

способствует

формированию

навыков

употребления

модальных

глаголов,

их

закреплению

и

свободному

использованию в речи.

Цели и задачи дипломной работы определяют ее структуру. Данная

р а б о т а включает

введение,

четыре

главы,

заключение,

список

используемой

литературы,

список

проанализированных

текстов

и

приложение.

Во

введении

определена

актуальность

темы

исследования,

сформулированы цели и задачи, теоретическая и практическая значимость

работы.

В

первой

главе

раскрывается

понятие

категории

модальности

и

определяются основные средства ее выражения.

Во второй главе дается общая характеристика модальных глаголов,

как основных средств выражения категории модальности в английском

7

языке, рассматриваются оттенки значений модальных глаголов can,

may,

must и их употребление в художественной литературе.

В

третьей

главе

описываются

современные

проблемы

обучения

грамматике

иностранных

языков,

рассматриваются

психологические

особенности усвоения иностранного языка на среднем этапе обучения,

приводятся различные точки зрения по вопросу о роли грамматике, ее

месте в процессе обучения иностранному языку, путях и приемах научения

учащихся грамматическому строю языка.

В

четвертой

главе

дается

система

упражнений

на

выработку

грамматических навыков употребления модальных глаголов, упражнения,

используемые

при

обучении

лексико-грамматическим

средствам

выражения

категории

модальности,

подаются

в

определенной

последовательности.

В

заключении

описываются

выводы

данного

исследования,

подводятся

итоги

работы

в

соответствии

с

поставленными

целями

и

задачами.

Список

использованной

литературы

содержит

научные

труды

отечественных

и

зарубежных

авторов,

используемые

при

написании

дипломной работы.

Список

проанализированных

текстов

включает

художественные

произведения англоязычных авторов, используемые при написании данной

работы.

8

1. Модальность как одна из основных лингвистических

категорий

1.1.

Понятие модальности

Крайне сложная и обширная проблематика, связанная с категорией

модальности,

постоянно

привлекает

к

себе

пристальное

внимание

исследователей

различных

областей

гуманитарной

науки,

и

в

первую

очередь философии, логики и лингвистики. Однако, несмотря на огромную

литературу,

модальность

по-прежнему

остается

наиболее

спорной

и

загадочной языковой категорией.[13, 129]

Модальность (от гр.-лат. modalis – модальный; лат. modus – мера.,

способ) – функционально-семантическая категория, выражающая разные

виды отношения к действительности, а также разные виды субъективной

квалификации

сообщаемого.

Модальность

является

языковой

универсалией,

которая

принадлежит

к

числу

основных

категорий

естественного языка. [43, 330]

Отношение

говорящего

(пишущего)

к

действительности,

постулируемое как основной признак модальности, в той или иной мере

характерно

для

всякого

высказывания.

Поскольку

оно

может

быть

выражено

различными

средствами

–

формально-грамматическими,

лексическими,

фразеологическими,

синтаксическими,

интонационными,

композиционными – модальность оказывается категорией, присущей языку

в

действии,

то

есть

речи,

и

поэтому

является

самой

сущностью

коммуникативного процесса.

Вопрос

о

границах

этой

категории

решается

разными

исследователями

по-разному.

Нельзя

не

обратить

внимание

на

то,

что

современные английские грамматики (Джон Лайонз, Рэндолф Кверк и др.)

вообще

избегают

давать

определение

этой

категории,

очевидно,

рассматривая ее как данность, и ограничиваются лишь указанием форм, в

которых она заложена [18, 113]

9

В. Д. Аракин представляет категорию модальности как лексико-

грамматическую

категорию,

выражающую

отношение

действия

к

действительности,

установленной

говорящим

лицом.

Категория

модальности

может

в

разных

языках

быть

выражена

различными

средствами. В английском и русском языках модальность выражается как

грамматическими средствами – формами наклонений, так и лексическими:

модальными

словами возможно,

вероятно,

наверное,

кажется,

по-

видимому и т. д. – certainly, maybe, perhaps, probably, possibly, surely и т.д.;

модальными глаголами – мочь, уметь, хотеть, желать, долженствовать

и т.д. - can,

may,

must и т. д.; модальными частицами – авось, едва ли,

пожалуй и т. д., а также интонацией. [3, 130]

В

западно-европейской

лингвистике

наибольшее

распространение

получила

концепция

модальности

Ш.

Балли,

который

трактует

модальность

как

синтаксическую

категорию,

в

выражении

которой

первостепенную

роль

играют

также

модальные

глаголы.

Этой

концепции следуют немецкие германисты (К. Хайдольф, В. Флединг и др.),

которые вслед за Ш. Балли выделяют в качестве

модальных значения

реальности/ ирреальности, повелительности, возможности/невозможности,

оптативности,

уверенности/неуверенности

(предположительности,

вероятности). Х. Бринкман предлагает выделить два уровня модальности –

уровень

реальности

/

ирреальности,

на

котором

исследуются

значения

побудительности

и

оптативности,

что

выражается

формами

повелительности

сослагательного

наклонения

глагола,

и

уровень

истинности

(релевантности)

информации,

включающий

вопрос

и

высказывание

и

получающий

выражение

в

формах

изъявительного

и

сослагательного

наклонения

глагола

(на

этом

уровне

сослагательное

наклонение используется, как правило, для ввода в повествование третьего

лица) [41, 14-15]

Нельзя не отметить, что в отечественном языкознании одним из

первых широкое толкование категории модальности дал академик В. В.

10

Виноградов. Его работы, посвященные проблеме модальности (например

«О категории модальности и модальных словах») по сей день очень важны

для

лингвистов,

занимающихся

изучением

различных

аспектов

данной

проблемы. По мнению В. В. Виноградова, модальность является одной из

тех синтаксических категорий, в которой выражается и конкретизируется

категория

предикативности

с

общим

грамматическим

значением

отнесенности

основного

содержания

предложения

к

действительности.

Модальность, по его мнению, является существенным конструктивным

признаком предложения и поэтому присуща каждому предложению.

Характеризуя синтаксические категории модальности, времени и

лица как категории, конкретизирующие и выражающие предикативность,

В. В. Виноградов вводит признак точки зрения говорящего. Среди всех

категорий, в которых находит выражение предикативность, модальность

выдвигается на первое место: «Отношения сообщения, содержащегося в

предложении, к действительности, - это и есть прежде всего модальные

отношения.»[12, 62]

Возникает вопрос: как отличить «отношение к действительности,

устанавливаемое

с

точки

зрения

говорящего»

как

содержание

понятия

модальности,

от

«отношения

к

действительности»,

лежащего

в

основе

таких

актуализационных

категорий,

как

время

(темпоральность),

временная

локализованность,

т.е.

различие

конкретных/неконкретных,

локализованных/нелокализованных

во

времени

(повторяющихся,

узуальных, вневременных) ситуаций, а также лицо (персональность)? Одно

из

возможных

разъяснений

заключается

в

разграничении

двух

типов

отношения

к

действительности,

устанавливаемого

с

точки

зрения

говорящего:

1)

опосредованного

–

через

время,

через

временную

локализованность,

через

отношение

к

лицу

–

и

2)

неопосредованного

(прямого) – в указанных признаках отнесенности ситуации к «реальному

миру» или к одному из «возможных миров», в оценке достоверности и т.д.

[12, 65]

11

Темпоральность, временная локализованность и персональность

предполагают такое «отношение к действительности», которое является

специализированным,

специфицированным,

поскольку

оно

проходит

сквозь призму той или иной актуализационной категории. Модальность же

представляет собой

«отношение к действительности с точки зрения

говорящего»,

являющееся

прямым,

собственным

содержанием

данной

категории.

«Отношение к действительности», связываемое именно с

модальностью, получает качественную определенность при указании на то,

что

это

отношение

проявляется

в

доминирующих

признаках

реальности/ирреальности. [12, 65]

Понятие модальность восходит к классической формальной

логике,

откуда

лингвистика

заимствовала

классификацию

суждений

на

ассерторические

(суждения

о

действительности),

проблематические

(суждения о возможности) и аподиктические (суждения о необходимости),

и, кроме того, на суждения достоверные и вероятные. Тем самым в общих

чертах была задана смысловая область модальности. [12,67]

Как уже отмечалось, объем понятия модальность и охват им

языковых явлений не совпадают в концепциях разных авторов. По мнению

А.

М.

Пешковского,

категория

модальности

выражает

только

одно

отношение – отношение говорящего к той связи, которая устанавливается

им же, между содержанием данного высказывания и действительностью,

т.е. «отношение к отношению». При таком подходе модальность изучается

как комплексная и многоаспектная категория, а в категории модальности

усматривают

отражение

сложных

взаимодействий

между

четырьмя

факторами

коммуникации:

говорящим,

собеседником,

содержанием

высказывания и действительностью. [43, 304]

С точки зрения А. В. Бондарко, большая часть концепций не

выходит

за

пределы

определенного,

хотя

и

довольно

широкого

круга

языковых

явлений

и

средств

их

выражения.

Этим

автором

составлен

12

перечень языковых явлений, которые относятся к модальности. Общим

семантическим признаком «модальных объектов» является «точка зрения

говорящего»

(термин,

введенный

В.

В.

Виноградовым).

«Позиция

говорящего» в явном или скрытом виде включается в любое истолкование

модальности. В каждой из модальных категорий точка зрения говорящего

выступает

в

особом

аспекте

актуализации.[12,65]

Общеизвестна

характеристика модальности как устанавливаемого говорящим отношения

высказывания

(его

препозитивной

основы)

к

действительности.

По

мнению

А.

В.

Бондарко,

формулирование

таким

образом

понимания

модальности

весьма

неопределенно.

Поэтому

он

предлагает

ввести

в

характеристику

рассматриваемого

явления

указания

на

доминирующий

признак, дающий некоторое представление о том, какое именно отношение

к действительности рассматривается как основное и специфическое для

модальности. При этом данный автор считает, что следует согласиться с

существующим истолкованием доминанты модальности как того и иного

отношения

к

признакам

реальности

/

ирреальности.

А.

В.

Бондарко

предлагает

выделить

три

основных

уровня

представления

иерархии

модальных отношений в лингвистическом анализе:

1. Первый уровень, наиболее высокий, общемодальный. Речь идет

об истолковании инварианта семантики модальности.

2. Второй уровень – выделение и соотнесение отдельных типов

(рядов) модальных значений. «Отношение в рядах» могут быть сопряжены

с принципом естественной классификации (в частности, это соотношение

значений охватываемых понятием потенциальности, а также отношения

между

членами

ряда

«повествовательность

–

вопросительность

–

побудительность – желательность (оптативность)»).

3. Третий уровень – многоступенчатая вариативность отдельных

модальных

значений

(типы,

разновидности

и

варианты

значений

возможности, необходимости, отпативности и т.п.).

13

Следуя данной концепции можно считать, что при изучении

модальности лингвисты имеют дело не с «естественным объектом», а с

группировкой объектов (а в части случаев речь должна идти о группировке

комплексов объектов). [41, 15-16]

Таким

образом,

с

позиции

функциональной

грамматики

модальность можно представить как функционально-семантическое поле,

имеющее сегментированную структуру и объединяющее разнообразные

средства

выражения

оценки

говорящим

связей

и

отношений

действительности с точки зрения их характера, степени познанности или

желательности, либо как комплекс функционально-семантических полей с

указанным содержанием. В данном случае в рамках каждого модального

поля могут анализироваться определенные категориальные (модальные)

ситуации [12, 60-62]

Подавляющее

большинство

грамматистов

рассматривают

категорию

модальности

как

выражение

реальности

/

ирреальности

высказывания.

Модальность

понимается

как

некое

гносеологическое

понятие, не связанное с личностной оценкой предмета мысли. Однако

процесс

человеческого

познания

включает

в

себя

и

элемент

оценки,

поэтому представляется правомерным выделение оценочного фактора как

одного

из

наиболее

существенных

признаков

модальности.

Понимание

субъективно оценочного фактора как признака модальности нашло свое

полное отражение в «Грамматике современного русского литературного

языка» вышедшей в 1970 году. Таким образом, стало уже традиционным

разделение модальности на два типа: объективную и субъективную.

Объективная

модальность

понимается

как

отношение

высказывания

к

внеязыковой

действительности,

оформленное

грамматически, субъективная – как отношение говорящего (пишущего) к

тому, что он сообщает. Объективная модальность – обязательный признак

любого высказывания (по утверждению Ш. Балли, модальность является

душой предложения, не существует высказывания без модальности [43,

14

415]), одна из категорий, которая формирует предикативную единицу –

предложение.

Объективная

модальность

выражает

отношение

сообщаемого к действительности в плане реальности (осуществляемости

или осуществленности) и ирреальности (неосуществленности). Главным

средством оформления модальности в этой функции является категория

глагольного наклонения. Объективная модальность органически связана с

категорией

времени

и

дифференцирована

по

признаку

временной

определенности/неопределенности.

Объективно-модальные

значения

организуются

в

систему

противопоставлений

выявляющуюся

в

грамматической парадигме предложения. [43, 303-304]

Если

объективная

модальность

обязательна

для

любого

высказывания, то субъективная модальность факультативна, так как далеко

не

каждое

отдельное

высказывание

обладает

субъективно-модальным

значением. Например, бесстрастность, логичность, аргументированность

научных

текстов

обычно

не

оставляют

места

субъективно-оценочной

модальности.

Другое

дело,

модальность

художественной

речи:

лирика,

эпос, драма и другие. Субъективно оценочная характеристика предмета в

таких текстах главенствует, так как «личностные отношения создаваемому

образу всегда предполагает оценку». [18, 114-115]

Семантический

объем

субъективной

модальности

шире

семантического

объема

объективной

модальности.

Более

того,

описываемые два типа модальности настолько различаются, что Д.

А. Парамонов в своей работе «О грамматическом выражении модальности

в современном русском языке» [29, 3-5] считает рациональным развести

эти два термина. Для круга явлений подводимых под понятие «объективная

модальность» он предлагает использовать термин «модальность», а для

того,

что

именуется

субъективной

модальностью,

ввести

термин

«эмотивность».

Смысловую

основу

субъективной

модальности

(эмотивности) образует понятие оценки в широком смысле слова, включая

не

только

логическую

квалификацию

сообщаемого,

интеллектуальную,

15

рациональную,

но

и

разные

виды

эмоциональной

(иррациональной)

реакции.

Субъективная

модальность

охватывает

всю

гамму

реально

существующих в естественном языке разноаспектных и разнохарактерных

способов

квалификации.

В

категории

субъективной

модальности

фиксируется

одно

из

ключевых

свойств

человеческой

психики:

способность противопоставлять «Я» / «не Я» в рамках высказывания. [41,

303]

В статье Ю. А. Хлебовой «Типы модальных значений»

отмечается, что «такое более узкое понимание модальности отстаивается

многими авторами». [41, 15] При этом они, как правило, устанавливают

иерархию модальных значений. За инвариант принимается объективная

модальность – значения времени и реальности/ирреальности, заключенные

в

замкнутой

системе

абстрактных

синтаксических

категорий,

значения

отношения

сообщаемого

к

действительности,

которые

выражаются

посредством синтаксических времен и наклонений. Значения, в которых

заключено

отношение

говорящего

к

содержанию

высказывания

(субъективно – модальные) выражаются средствами различных уровней

языка – интонационными и грамматическими конструкциями, лексикой,

словорасположением,

тесно

взаимодействующим

друг

с

другом.

Такое

понимание модальности представлено в работах Э. С. Ермолаевой, Г. А.

Золотовой, Т. П. Ломтева, В. З. Панфилова.

Таким образом, как показывает приведенный анализ, проблема

модальности

до

сих

пор

не

получила

общепризнанного

решения

в

современной лингвистике.

Многоплановость и неоднозначность этой категории позволяет

походить

к

проблеме

модальности

с

разных

точек

зрения

и

вести

исследование в самых разных направлениях.

1.2. Способы, формы и средства выражения модальных значений

16

Ограничения и дифференциация понятия модальности продолжает

оставаться

актуальной

задачей,

несмотря

на

огромную

работу,

проделанную в данной области. Дифференциация модальных значений

предполагает, по мнению Г.А. Золотовой, однозначные решения проблемы

основного

инвариантного

значения

категории

модальности.

Понятия

инвариантного

модального

как

противопоставленности

реального,

ирреального

высказывания

к

действительности

должно

отвечать

следующим условиям:

1. оно должно обнаруживаться в одном из организующих его

противоположностях в любом предложении;

2. с ним как со стержневым должны быть соотнесены вторичные

виды модальных характеристик [27,141].

Данный

автор

отмечает,

что

трактуя

понятие

модальности

как

выражение

отношения

в

плане

достоверности/

недостоверности,

реальности/ ирреальности, не всегда можно четко определить, отношение

«чего

к

чему»

имеется

в

виду.

Ответ

на

такой

вопрос

помогает

дифференцировать три типа отношений, действительно различных по

своему семантико-синтаксическому существу. Г.А. Золотова выделяет:

1.

отношение

содержания

(предикативного

признака)

высказывания к действительности с точки зрения говорящего;

2.

отношение говорящего к содержанию высказывания;

3.

отношение

между

субъектом

–

носителем

признака

и

предикативным признаком [27,142].

Каждый из этих типов отношений имеет свои средства и способы

выражения.

Одним из основных грамматических средств выражения

модальности

действительности

служит

изъявительное

наклонение,

или

индикатив.

Он

обозначает

действие,

которое

мыслится

говорящим

как

соответствующее реальной действительности семы «реальность».

17

Изъявительное наклонение, как в английском, так и в русском

языке обозначает реальное действие, происходящее в плане настоящего

времени, происходившее в прошлом или имеющее произойти в будущем,

вследствие

чего

это

наклонение

получает

свое

выражение

в

соответствующих формах времени и лица.

Поэтому, хотя модальность действительности по своему

содержанию сходна в обоих языках, тем не менее, способы ее выражения

зависят от системы видовременных форм, которые, как известно, имеют

значительное расхождение в этих языках. Так, например, в русском языке

модальность

действительности,

относящаяся

к

настоящему

времени,

выражается формой настоящего времени, в английском языке она может

быть

выражена

не

только

формой Present Indefinite, но также формой

Present Perfect Continuous; ср.:

“Be still, Maria! I have been thinking. You know it is true that we will

starve if we cannot sell enchiladas.” [GL]

Значительно

большие

различия

наблюдаются

в

системе

грамматических средств, существующих в обоих языках для выражения

модальности недействительности.

В

русском

языке

существует

лишь

одно

наклонение

–

с о с л а г ат е л ь н о е ,

кото р о е

и н о гд а

н а з ы ва ют

у с л о в н ы м

и л и

предположительным.

Оно

обозначает

действие,

которое

мыслится

говорящим как нереальное и лишь только как возможное или желательное.

Сослагательное

наклонение

образуется

аналитическим

путем

–

сочетанием глагола в форме прошедшего времени с частицей бы, которая

может находиться как перед, так и после формы глагола непосредственно

или же на расстоянии.

Сослагательное

наклонение

сочетает

в

себе

ряд

сем:

сему

«нереальность», сему «желание», сему «условие», сему «гипотетичности»,

сему «намерение», сему «пожелание» и т.д.

18

Особенностью

русского

сослагательного

наклонения

является

его

вневременной

характер,

то

есть

оно

может

выражать

действие

как

в

настоящем, так и в прошлом и в будущем.

Ограниченный

характер

сослагательного

наклонения

имеет

следствием

способность

русской

формы

неопределенного

наклонения

сочетаться с частицей бы для выражения модальности.

Сема «условие» может, помимо формы сослагательного наклонения,

еще быть выражена формой 2-го лица единственного числа повелительного

наклонения.[3, 132]

Такое

использование

формы

повелительного

наклонения

в

английском языке совершенно невозможно.

В

п р о т и в о п о л ож н о с т ь

р у с с ком у

я з ы к у,

м о д а л ь н о с т ь

недействительности

в

английском

языке

выражается

четырьмя

так

называемыми

ко свенными

наклонениями:

с о с л а г ат е л ь н ы м I,

сослагательным II, предположительным и условным.[21, 46]

Сослагательное

наклонение,

как

и

русское

сослагательное

наклонение, имеет вневременной характер. Оно не выражает ни категории

лица,

ни

категории

числа.

В

качестве

основной

семы

сослагательное

наклонение имеет «гипотетичность», «неуверенность в реальности данного

явления»; но в то же время оно не выражает никакой противоположности

тому, что имеет место в реальной действительности; ср.:

For I should leave myself so little money, after the fees were paid, that my

office wages would be needed to pay for food and board [GL]

Сослагательное

наклонение

II

имеет

в

качестве

основной

сему

«нереальность»,

в

чем

оно

занимает

полярное

положение

с

формами

индикатива,

в

котором

наличествует

сема

«реальность».

В

отличие

от

сослагательного I, к основной

семе «нереальность» прибавляется сема

«настоящее», или «будущее», или же сема «прошедшее», вследствие чего в

сослагательном II различаются формы настоящего времени (ср.: If I came,

19

If I were) и формы прошедшего времени (ср.: If I had come,

If I had been);

cp.:

It would only be liveable if she were subjugated by love.

If I had heard it, writing to Sheila when I was not yet twenty-two, I should

have laughed it away [SMM]

Предположительное

наклонение,

как

показывает

само

название,

имеет в качестве основной сему «предположение». Его морфологическая

структура

складывается

из

глагола should

+ V

inf

.

Таким

образом,

это

наклонение не имеет никаких грамматических категорий; ср.:

I should welcome the opportunity of asking some of our confounded

clients how I reconcile it with my conscience if I was not a socialist [SMM]

Этому

наклонению

в

русском

языке

соответствует

форма

сослагательного наклонения. [1,133]

Категория модальности находит свое выражение также в формах

повелительного

наклонения.

Это

наклонение

в

обоих

языках

может

выражать

волю,

просьбу,

приказание

говорящего

или

побуждение

собеседника к действию.

В связи с этим основной семой форм этого наклонения является сема

«побудительность».

Если

же

формы

этого

наклонения

соединены

с

отрицанием не,

то

сема

«побудительность»

погашается

и

вместо

нее

возникает сема «запрещение».

Повелительное наклонение в обоих языках не имеет категории лица

и числа. 2-е лицо единственного и множественного числа в русском языке

выражается

синтаксическими

формами: читай

–

читайте,

пиши

–

пишите; в английском языке, в отличие от русского, существует только

одна форма для 2-го лица обоих чисел: read, write, take, go и т.д. [1,133]

Форма 1-го лица множественного числа, обращенная как к одному,

так

и

к

нескольким

собеседникам,

может

быть

выражена

двояким

способом;

если

глагол

совершенного

вида,

то

эта

форма,

выраженная

синтетически

(пойдем,

поедем,

возьмем,

скажем);

если

глагол

20

несовершенного вида, то эта форма получает аналитическое выражение

(будем читать, будем писать, будем говорить).

Этим двум русским формам в английском языке соответствует только

одна аналитическая форма –

let us (let’s) read,

let us (let’s) go,

let us (let’s) take и т.д.

Форма 3-го лица обоих чисел выражается

аналитически в обоих

языках; ср.:

Пусть он придет – let him come;

Пусть они придут - let them come.

Наряду

с

основной

семой

«побудительность»,

представленной

в

значениях повелительного наклонения обоих языков и составляющей их

сходство,

в

смысловой

структуре

русского

повелительного

наклонения

имеется

ряд

сем,

отсутствующих

в

структуре

английской

формы

и

составляющих их большое различие.

Так, в русской форме мы находим сему «условие»; ср.: Работай он

на заводе, он освоил бы несколько профессий, что может быть заменено

равнозначным предложением: Если бы он работал на заводе, он освоил бы

несколько профессий. В предложении. Хоть убей, не помню выступает сема

«предположение». [3, 134] Таким образом, изложенное выше показывает,

что

смысловая

структура

русского

повелительного

наклонения

характеризуется большей сложностью по сравнению с английской при

тождестве основной семы «побудительность». [3, 134]

Модальные слова

21

Отношение

говорящего к содержанию высказывания составляет

иной аспект категории модальности – субъективный.

Основным средством выражения субъективного аспекта модальности

служат вводные (модальные) слова, то есть слова, посредством которых

отображается

степень

достоверности

существования

факта,

явления,

зафиксированного в суждении (действительно, вероятно, возможно, по-

видимому, безусловно и др.). [32,360]

Впервые модальные слова были выделены в русской лингвистике;

ранее они обычно причислялись к наречиям. Правда, Г. Суит и Е. Крейзина

выделяют наречия, относящиеся ко всему предложению и передающие

отношение говорящего к излагаемому факту. Таким образом, данный тип

был отмечен и в зарубежной лингвистике, но не был выделен в особый

разряд.

Мод а л ь н ы е

с л о в а

м о г у т

в ы р а ж ат ь

у в е р е н н о с т ь

и л и

предположительность, а также субъективную оценку. Так, модальные слова

certainly,

of course,

surely,

really,

indeed выражают уверенность, perhaps,

maybe,

probably,

possibly

– неуверенность,

предположительность,

fortunately,

unfortunately,

luckily,

unluckily передают взгляд говорящего на

желательность или нежелательность того или иного действия.

Модальные

слова,

по

мнению

И.

П.

Ивановой,

стоят

в

особом

отношении к предложению. Они не являются членами предложения, т.к.,

давая оценку всей ситуации, изложенной в предложении, они оказываются

как бы вне предложения. Так в предложении

Perhaps, dimly, she saw the picture of a man walking up a road. [Ch]

модальное

слово perhaps не является членом предложения; однако,

если изъять это модальное слово, весь смысл высказывания изменится: это

будет констатацией факта.

Модальные слова могут функционировать как слова-предложения,

сходно со словами-предложениями утверждения и отрицания Yes и No.

22

Однако, как указывает Б. А. Ильиш, слова-предложения Yes и No никогда

не

изменяют

своего

статуса,

тогда

как

модальные

слова

могут

быть

словами-предложениями

(в

диалоге)

или

быть

вводными

словами

в

предложении.

Необходимо подчеркнуть, что вопрос реального состава модальных

слов не лишен теоретических трудностей. Что касается модальных слов,

то,

если

мы

примем

за

основу

не

только

их

модально-оценочную

семантику, но также и их свойство не являться членом предложения, а

стоять вне его, у нас имеется твердый критерий их выделения. Это касается

таких модальных слов, как

perhaps,

maybe,

probably,

possibly,

которые

никогда

не

являются

членами

предложения,

т.е.

являются

вводными

членами, даже если они стоят независимо от их места в предложении.

They were probably right to keep him. [GL]

Сравните:

Probably, they were right to keep him.

They were right to keep him, probably.

Однако ряд лингвистов – А. И. Смирницкий, Б. А. Ильиш, В. Н.

Жигадло,

Л.

Л.

Иофик

и

И.

П.

Иванова

–

указывают,

что

кроме

перечисленных выше единиц в функции модальных слов могут выступать

и

некоторые

наречия,

имеющие

модально-оценочное

значение,

как

например, apparently,

evidently,

really,

unfortunately.

Эти

же

авторы

отмечают,

то

такие

наречия

могут

функционировать

как

члены

предложения, относясь к какому-то одному слову в предложении:

He shot out the hand.... to indicate where each was to sit of the group

apparently under his command. [PW]

Возникает вопрос, как рассматривать эти единицы, синтаксическая

позиция которых не дает информации относительно их морфологической

природы.

Представляется,

что

здесь

возможны

два

решения:

или

они

являются

особыми

модальными

словами,

или,

что

кажется

более

справедливым,

это

наречия,

способные

функционировать

наряду

с

23

модальными словами. Такое решение вряд ли может вызвать возражения,

ведь

известно,

что,

например,

английские

существительные,

могут

функционировать как препозитивные определения, не превращаясь при

этом в прилагательные.

Эти наречия, сохраняющие морфологический признак – суффикс – ly,

- втягиваются в поле модальных слов, не переставая быть наречиями.

Таким образом, корпус модальных слов состоит из очень небольшого ядра

– собственно-модальных слов – и периферии, которую составляют наречия,

способные приобрести синтаксический признак модальных слов. [28,90]

Модальные глаголы

Третий аспект модальных отношений – отношения между действием

(предикативным

признаком)

и

его

субъектом

выражается

чаще

всего

посредством модальных слов, включаемых в состав предиката: глаголов

хотеть, мочь, желать и др., а также из категории состояния: желательно,

нужно, необходимо и др.

В

английском

языке

этот

тип

модальных

отношений

чаще

всего

выражается с помощью модальных глаголов.

Е.

А.

Зверева,

основываясь

на

классификации,

предложенной

Л. С. Ермолаевой, и, соответственно, выделяя три вида модальности: (1.

выражение

отношения

между

субъектом

действия

и

действием;

2.

выражение

модального

отношения

говорящего

к

содержанию

высказывания

и

3.

выражение

отношения

содержания

высказывания

к

действительности

реальности/нереальности),

отмечает,

что

модальные

глаголы

следует

рассматривать

как

одно

из

средств

выражения

неиндикативной

модальности,

характеризующих

действие

значений,

которые либо не определяются по отношению к дихотомии субъективное –

объективное вообще. [23,42]

24

Модальность является одной из основных категорий языка, может

выявляться как в области грамматико-строевых элементов языка, так и в

области его лексико-номинативных элементов.

Основными

средствами

выражения

категории

модальности

в

английском языке являются наклонение, модальные слова и модальные

глаголы.

II. Модальные глаголы как одно из средств выражения

категории модальности

В данной главе речь пойдет о модальных глаголах, которые наряду с

интонацией

и

формами

наклонения,

являются

главным

средством

выражения модальности в английском языке.

2.1. Общая характеристика модальных глаголов

Модальные глаголы образуют небольшую группу служебных слов,

объединенных общими семантическими и структурными особенностями.

Сюда относятся глаголы can/could, may/might, must, need, ought, should,

shall, will/would. К ним примыкают эквиваленты модальных глаголов to be

(to) , to have (to)

и

to be able (to);отличаясь от модальных глаголов

морфологически, они имеют с ним много общего с точки зрения семантики

и функций.

Модальные глаголы утратили свое первоначальное лексическое

значение и используются в современном английском языке для выражения

различных

оттенков

модальности,

как

логической

(возможность,

необходимость,

волеизъявление),

так

и

эмоциональной

(сомнение,

удивление, упрек и т.п.).

25

В функциональном отношении модальные глаголы являются

служебными. Поскольку они не обозначают действий, а выражают лишь

модальные

значения,

они

не

способны

функционировать

как

самостоятельные

члены

предложения;

они

входят

в

состав

сложного

модального сказуемого, являясь его грамматическим центром. Инфинитив

полнозначного

глагола,

следующий

за

модальным

глаголом,

может

употребляться в разных видовременных и залоговых формах.

Модальные глаголы выражают грамматические категории времени

и наклонения; глаголы must, should, и ought являются неизменяемыми.

Все модальные глаголы, за исключением

ought

и

need,

присоединяют инфинитив без to. [5,199]

М.

А.

Беляева

предлагает

следующее

определение

модальных

глаголов: «Модальные глаголы – это такие глаголы, которые выражают не

действие или состояние, а отношение лица, обозначенного местоимением

или существительным, несущим в предложении функцию подлежащего, к

действию или состоянию, выраженному инфинитивом».

Модальные глаголы отличаются от других глаголов тем, что они не

имеют ряда форм.

1.

Глаголы can и may имеют формы настоящего времени и формы

прошедшего

времени,

а

глаголы must,

ought,

need

имеют

только

одну

форму – настоящего времени.

Present Indefinite: can may must ought need

Past Indefinite: could might ___ ___ ___

2.

Модальные глаголы не имеют неличных форм – инфинитива,

герундия и причастия.

3.

Модальные

глаголы

не

имеют

окончания

-s

в

3-м

лице

единственного числа:

I expect he can do with it [SMM]

But he must finish the collection first [GL]

26

You must close your doors or else he must arrest you for running a bad

house. [G.L]

Поэтому по своей этимологии большинство модальных глаголов

является претерито-презентными. Отсутствие у них флексии –s в 3-м лице

единственного

числа

настоящего

времени

изъявительного

наклонения

объясняется

исторически:

современные

формы

настоящего

времени

(present) были когда-то формами прошедшего времени (preterite), а 3-е лицо

единственного числа прошедшего времени не имело личного окончания.

[6, 312]

Л. С. Бархударов дает следующую характеристику модальных

глаголов: «модальные глаголы – модальные по назначению, служебные по

функции,

недостаточные

по

форме,

претерито-презентные

по

происхождению». [6, 312]

Большинство модальных глаголов многозначны. Некоторые из их

значений

структурно

неограниченны

и

встречаются

во

всех

типах

предложений;

другие

ограничены

либо

утвердительными,

либо

отрицательными, либо вопросительными предложениями.

Если модальный глагол имеет несколько грамматических форм, то

необязательно все его значения реализуются в каждой из этих форм.

Различные

оттенки

значений

модального

глагола

могут

ассоциироваться с различными формами следующего за ним инфинитива.

Модальные глаголы вместе с другими средствами выражения

модальности

образуют

семантические

поля

различных

модальных

значений, причем в силу своей многозначности одни и те же глаголы могут

попадать в различные семантические поля, например:

27

Possibility__

____

Necessity__

___

Volition___

28

Can must shall

May have (to) will

Be able (to) be (to)

Must need

Will should

Be (to) ought (to)

shall

Каждое семантическое поле включает большой диапазон оттенков

определенного модального значения. Так, например, модальное значение

возможности

включает

физические

и

интеллектуальные

способности,

возможность в силу сложившихся обстоятельств, допущение возможности,

предположение,

граничащее

с

уверенностью,

сомнение

в

возможности

чего-либо,

неверие

в

возможность,

малую

степень

вероятности,

невероятность, невозможность, разрешение, запрещение и т.д. [5, 200]

Определение модальных глаголов И. С. Ануровой изложено

просто,

логично

и

лаконично.

Она

считает,

что

модальные

глаголы

используются для того, чтобы показать отношение говорящего к действию

или

состоянию,

указанному

инфинитивом,

т.е.

они

показывают,

что

действие,

указанное

инфинитивом,

рассматривается

как

возможное,

невозможное,

обязательное,

желательное,

необходимое

и ли

неопределенное. Модальные глаголы также носят название недостаточных

потому, что все они, за исключением dare, need не имеют глагольных форм,

присущих другим глаголам, и не имеют временных форм. [2, 91]

2.2. Модализованные глаголы в английском языке

Во всех грамматиках английского языка выделяется класс

модальных глаголов – специальных слов, которые употребляются только в

составном

глагольном

сказуемом

и

обозначают

возможность,

желательность, необходимость, долженствование и т.д. Модальные глаголы

выделяются

обычно

как

класс

глаголов,

характеризующихся

29

определенными грамматическими признаками. Вместе с тем в английском

языке, как и во многих других языках, существуют глаголы, которые не

имеют

грамматических

признаков

модальных

глаголов,

но

обладают

модальным значением. Сравните:

He could come in time. – He managed to come in time. [33, 63]

Рассмотрим семантические и синтаксические характеристики

английских глаголов с модальным значением. Такие глаголы предлагается

называть модализованными.

Модализованные глаголы могут быть выделены на основании

семантического критерия – анализа словарных дефиниций. Например:

can = be able to

afford = be able to spare money, time, etc. for

В

данном

примере

глагол afford содержит в своем значении

компонент be able to, равный значению модального глагола.

Анализ словарных дефиниций показывает, что модализованные

глаголы, во-первых, значительно превосходят число модальных глаголов,

во-вторых,

уступают

модальным

глаголам

по

количеству

модальных

оттенков, которые они выражают, и, в-третьих, характеризуются наличием

модального компонента в значении, способ реализации которого позволяет

установить системные отношения в группе модализованных глаголов. На

основе

семантического

критерия

модализованные

глаголы

можно

разделить на три типа.

1.

Глаголы,

в

содержании

которых

модальный

компонент

обусловлен

определенными

процессуальными

(немодальными)

компонентами в том же значении глагола:

spare = be able to do without,

manage = succeed despite difficulties.

В глаголах этого типа значение возможности мотивируется наличием

трудностей.

2.

Глаголы,

в

содержании

которых

модальный

компонент

обусловлен регулярным сдвигом в значении слова:

30

cut = be capable of being cut,

wash = be capable of being washed without damage or loss of colour.

3.

Глаголы,

в

содержании

которых

модальный

компонент

обусловлен их обобщенным значением, противопоставлением единицам с

конкретным значением:

see = have or use the power of sight,

speak = to use, or be able to use , in oral utterance, as a language.

В глаголах этого типа значение возможности мотивируется

регулярной связью между семантикой действия и умением совершить это

действие.

Модализованные глаголы первого типа составляют большую

часть

рассматриваемых

глаголов

и

подразделяются

на

тематические

группы глаголов претерпевания (endure,

suffer), успеха (succeed,

manage,

get along), неуспеха (fail, fall shot), намерения (intend, plan), желания (wish,

desire), нежелания (refuse,

hesitate) и др. Эти глаголы употребляются в

различных

позициях,

но

особенно

важно

отметить

их

употребление

в

позиции вспомогательного компонента составного глагольного сказуемого:

If he wished to hide a deaf leaf, he would make a deaf forest.

Рассматриваемые глаголы могут быть выделены и на основании

синтаксического критерия.

Исходной синтаксической характеристикой модализованных

глаголов

является

их

сочетаемость

с

инфинитивом,

при

которой

их

значение приближается к значению модальных глаголов:

He tried to open the door.

He happened to open the door.

He managed to open the door.

Итак, в английском языке наряду с модальными глаголами

объективно существует класс модализованных глаголов, определяемый как

семантически, так и синтаксически; этот класс глаголов характеризуется

внутренней неоднородностью и может быть разделен на несколько типов

или групп глаголов. [33, 64]

31

2.3. Модальные глаголы can, may, must, выражающие различные

оттенки модальности, и их употребление в художественной литературе

Модальные глаголы can,

may,

must являются основной целью

данного

исследования.

В

основу

нашей

работы

были

положены

классификации

следующих

грамматистов:

Л.

С.

Бархударова,

М.

А.

Беляевой, В. Л. Каушанской и других. Опираясь на классификации данных

авторов, мы проследили семантические особенности модальных глаголов

can,

may,

must на примерах из художественных произведений Ч. Сноу

«Пора надежд», С.Моэма и других.

Интерес для нас представляют различия в употреблении этим

автором модальных глаголов и оттенков их значений. Перейдем к анализу

оттенков значений модальности, выражаемых модальными глаголами can,

may, must.

Can

1.

Значение физической или интеллектуальной возможности или

способности

выполнить

действие,

обозначенное

инфинитивом,

рассматривается учеными в качестве основного.

We can do as well as other people [S., p.57]

We can’t afford much really, dear. [S., p.57]

She could not bear the sight of her neighbours’s eyes. [S., p.42]

I intend to show them that they can say what they like [S., p.43]

I could not believe that this terror would pass [S., p.24]

I could only give my father general encouragement [S., p.35]

I cannot see him doing much good as a traveller [S., p.48]

Still, you will have to do as well as you can [S., p.41]

I can endure anything, but I cannot send her away [S., p.93]

32

В этих случаях автор выражает реальную физическую возможность

совершения действия.

В данном значении модальный глагол can переводится следующим

образом: мочь, быть в состоянии; могу, может и т.д.

Оборот be (un) able (to) является эквивалентом can в значении

физической

и

умственной

способности,

особенно

в

прошедшем

или

будущем времени:

You father will never be able to do it [S., p.41]

It means that he is not able to pay his debts ... but he will not be able

to pay more than two hundred [S., p.40]

He was unable to move [S., p.135]

He was able to catch a slight spark of their excitement [S., p.177]

2.

Объективная

возможность,

т.е.

возможность

в

силу

сложившихся обстоятельств

After a quarter of an hour I could relax a little [S., p. 34]

She could not forget herself, and, if she prayed at all, it was for the

effrontery to carry it off. [S., p.45]

At home my mother could not rest until my father got a job [S., p.47]

I cannot appear tomorrow afternoon, because I have a shocking

cold [S., p.212]

В. А. Каушанская выделяет возможность, которая зависит от

существования законов.

There can’t be many people who have not seen a cricket match until

they are forty-five...[S., p.37]

People could be married there without any of this nonsense. [S., p.81]

I couldn’t have her marrying a foreigner. No foreigner can make an

American girl a good husband. [EH]

И. С. Анурова рассматривает одну из сторон объективной

возможности, как моральное право, предлагая такой перевод, как «быть в

праве».

33

I cannot very well accept this offer. (Я не чувствую себя в праве

принять это предложение)[2 ,92]

I cannot tell what may happen [2, 93]

I can hardly go away and leave you alone [2, 92]

3. Неуверенность, сомнение.

There could not have been such relentless unforgiveness. [GL, 58]

И.

С.

Анурова

различает

предположение

со

значительной

степенью неуверенности в утвердительных предложениях.

He could have done it; nobody knows. [2, 93]

И большую степень сомнения в вопросительных и отрицательных

предложениях.

She was wondering how grown-up people could believe in such

nonsense. [S., p. 27]

Down in the reeds we could make – believe that we were isolated,

camping in the wilds. [S., p.23]

I could not realize that there might be anxiety in the air at home. [S., p.

24]

Could it be true? Could he have meant it? [2, 93]

I could not imagine what the trouble was but it frightened me. [S., p.

29]

В. А. Каушанская, Р. В. Резник выделяют модальный оттенок

недоверия.

В

этом

модальном

значении can

употребляется

только

в

вопросительных или отрицательных предложениях.

Can’t you trust me, Lewis? [S., p.107]

No wonder her father had hidden that photograph...

But could he hate Lewis’ mother and yet keep her photograph? [GL]

Can’t you comprehend that this is the climatretic of our society? [S., p.

243]

She couldn’t have been making it all up. [S., p.34]

4.

Разрешение

34

Значение

разрешения

глагол can

приобрел

лишь

в

современном

английском языке. Употребление глагола в данном значении характерно

для

разговорной

речи,

особенно

в

тех

случаях,

когда

обращаются

к

близким,

приятелям

или

лицам,

стоящим

ниже

по

социальному

положению.

В

э т ом

з н ач е н и и can

употребляется

в

утвердительных

и

вопросительных

предложениях,

отрицательная

форма

будет

обозначать

запрещение.

You can marry me if you like [S., p.331]

Can we give you a lift? [S., p.178]

You can hit me across the face. [S., p.188]

Can Lewis have another thing? [S., p.176]

И. П. Верховская и И. С. Анурова подразумевают под значением

разрешения оттенок просьбы в вопросительных предложениях.

Could I secure my own way without loss?

Could I still keep Eden’s goodwill? [S., p.126]

Can I see the lady of the house? [S., p.97]

Could I do anything more? [S., p.213]

5.

В

значении

невероятности

или

малой

степени

вероятности

сослагательная

форма could

используется в сочетании с неперфектной

формой инфинитива:

If I could poison her and get away with it, I would do it like a shot [S.,

p. 283]

If everyone acted like you, the world couldn’t go on. [S., p.78]

С

перфектным

инфинитивом

данная

форма

модального

глагола

выражает неосуществленную возможность в прошлом:

He could have done it a week ago. [2, 93]

She could have gone back to Stroeve, he said irritably. “He was ready to

take her”. [SMM]

35

6.

И. С. Анурова, в отличии от других грамматистов, отмечает,

что со словами, передающими различные эмоции, can выражает желание,

склонность:

He could cry for shame (Он готов был заплакать от стыда)

He could sing for joy. (Ему хотелось петь от радости)[2 ,94]

М. А. Беляева отмечает, что модальный глагол can/could, в сочетании

с глаголами, обозначающими чувства и восприятия (to see,

to hear,

to feel,

to smell,

to taste и т.д.) на русский язык не переводятся. В таких случаях

модальный глагол can придает оттенок усилия в выполнении действия:

From the road I could see there was no light in the front-room window;

that was usual, untill I got back home [S., p.24]

I could see a few faint stars in the clear night. [S., p.39]

I can’t see him doing much good as a traveller [S., p.48]

I could hear the sucking noises it made [S., p.310]

He could hear children in the house [S., p.219]

I can taste that still. [GL]

7. И. П. Верховская в отличие от остальных грамматистов выделяет

значение

негативного

вывода,

заключения

(в

отрицательных

предложениях). Could в этом значении является менее категоричным, чем

can, и на русский язык может переводиться «не может быть, чтобы…»

They can’t have been talking all the evening. [GL]

I can’t be expected to answer for other professions, but I haven’t been

able to thing of another where you won’t have financial difficulties. [.S., p.114]

Oh, how could you be so stupid to let him serve his articles in the firm.

[S., p.118]

It can’t be the same man. [SMM]

Более

тщательно

было

исследовано

употребление

модальных

глаголов can,

may must в произведениях Ч. Сноу. Анализ романа Ч. Сноу

«Пора надежд» показал, что модальный глагол can широко употребляется

для выражения вышеперечисленных оттенков, кроме того, выявляются его

основные

оттенки

значений,

в

которых

модальный

глагол can

36

употребляется наиболее часто. Писатель с большим мастерством рисует ту

социальную

почву,

на

которой

складывался

характер

его

героя.

Он

показывает

жизнь,

интересы

и

нравы

мещанства

провинциального

английского городка, раскрывает психологию его обывателей.

Стремления главного героя осуществить свою мечту, рвение к другой

жизни и другим людям, которые автор выражает с помощью модального

глагола can,

дополняют описания обычных

для человека физических и

интеллектуальных способностей.

Каждый из персонажей воспринимается как типичный для вполне

определенного

социального

круга

и

в

то

же

время

обладает

своими

индивидуальными

особенностями,

а

потому

запоминается

как

яркое

зрительное впечатление.

Так,

например,

героиня

романа

«Пора

надежд»

миссис

Найт

–

болтливая обывательница маленького городка, кичащаяся своими связями

и деньгами, но в то же время беспомощная перед лицом любой жизненной

трудности.

В

своих

произведениях

Ч.

Сноу

показывает

воздействие

общественных

явлений

на

внутренний

мир

тех

или

других

героев.

Показывает

трудности,

с

которыми

сталкивается

человек

на

пути

к

достижению своей цели. Возможно поэтому, описывая образ жизни своих

героев, их стремления и желания, модальный глагол can,

выражающий

физические

или

интеллектуальные

способности,

широко

используется

Ч. Сноу.

Модальный оттенок возможности глагола can можно рассматривать с

разных

сторон:

моральной,

объективной,

т.е.

в

силу

сложившихся

обстоятельств.

В

данном

произведении

автор

употребляет

модальный

гл а гол can

для

выражения

возможности

в

силу

сложившихся

обстоятельств при описании различных жизненных ситуаций.

Отношения

между

людьми,

принадлежащих

к

разным

слоям

общества,

напряженные и сложные. Поэтому героев мучают сомнения,

предположения, недоверие, при описании которых автор также использует

модальный глагол can.

37

May

1.

Возможность, вероятность.

Модальный глагол may, в отличие от can,

выражает не реальную

способность или возможность, как таковую, а лишь мысль о возможности,

допущение возможности или предположение.

She may turn homicidal, and on the other hand, she may run off with the

first man she sees [S., p.93]

I may be cheating myself, but some days I feel stronger [S., p.298]

Perhaps you might leave me with this young man [S., p.121]

2.

Разница между may и might состоит в том, что might выражает

более сильную степень сомнения, неуверенности со стороны говорящего,

чем may:

I might scrape a living or acquire a minor legal job, but I should have

been a failure [S., p.294]

I might struggle through the paper work adequately, but I was in no

physical state to fight any case but the most placid [S., p.295]

3.

Разрешение.

И.

П.

Верховская

более

подробно

описывает

употребление модального глагола

may в этом значении. May используется

в отличии от can в официальной устной и письменной речи. Отрицательная

форма

глагола may

выражает

запрет. May

и might

используются

для

выражения

просьбы,

хотя might

указывает

на

большую

степень

неопределенности говорящего:

Might (may) I stay here?

May выражает более вежливую просьбу, чем сап [16,48]

И.С.

Анурова

предлагает

различать

употребление

этих

оттенков

следующим

образом:

в

вопросительных

предложениях

–

просьба,

а

в

утвердительных – разрешение. [2,95]

When he calmed down he said I might go in [S., p.65]

You may wait for her in the sitting - room. [S., p.278]

May I go on with my work, please, now? [S., p.94]

38

4.

Осуждение,

неодобрение,

упрек.

В

этом

значе нии

употребляется

только might,

который в сочетании с

Indefinite Infinitive

относятся к настоящему, прошедшему и будущему времени; в сочетании с

Perfect

Indefinite

might

выражает

упрек,

сожаление

о

невыполненном

действии и относятся только к прошедшему времени.

I have always thought young March might have done a bit more for

you. He might have pulled a rope or two to get you started [S., p.275]

He might not be worldly, but he was a fine lawyer, whose own record

in examinations was of the highest class [S., p.28]

He might be better with his wife. [GL]

Eden might have been designed to extract the last ounce of

misunderstanding out of George. [S., p.127]

Yet there might be other ways for me. [S., p.119]

5.

Раздражение,

досада,

сожаление.

В

условных

придаточных

предложениях

модальный

глагол might

в

сочетании

с

перфектным

инфинитивом

указывает

на

сослагательное

наклонение

и

выражает

сожаление

о

том,

что

действие

не

совершилось.

На

русский

язык

он

переводится глаголом мочь с частицей бы:

We might have dangled a few distractions before your eyes [S., p.197]

Оборот may/might as well в сочетании с инфинитивом является

эмфатическим выражением намерения или рекомендации, и переводится

на русский язык «с таким же успехом я мог бы…»

Mr. Peck might as well taught us algebra and geometry: He was a

man, who had spent his whole life at the school. [S., p.59]

By the way, Lewis, you may as well invite Sheila too. [S., p.38]

He might as well stay here a while. [GL]

6.

И.

С.

Анурова

выделяет

модальный

оттенок

пожелания

в

восклицательных предложениях:

May you be happy! (Да сопутствует вам счастье!)

Long may he live! (Да будет его жизнь долгой!)

May he rest in peace! (Мир праху его!)[2, 96]

39

7.

И.

С.

Анурова

также

рассматривает

еще

одно

значение

модального глагола might , которое выражает желательность действия или

побуждение к действию.

You might post this letter for me. (Хорошо, если бы вы опустили мое

письмо). [2 ,97]

Модальный глагол may обладает множеством оттенков значений,

однако, в проанализированном произведении Ч. Сноу, данный модальный

глагол

употребляется

гораздо

реже,

чем can.

В

основном,

Ч.

Сноу

использует модальный глагол may для выражения оттенков вероятности,

возможности; сомнения, неуверенности; разрешения; осуждения, упрека.

Поэтому сцены романа полны эмоций, чем и привлекают читателя.

Так, например, очень тонко показана в романе психология матери

Льюиса

–

женщины

по-своему

незаурядной,

но

отравленной

предрассудками воспитавшей ее среды.

For all her patriotism, my mother wished in an agony of pride and

passion that a catastrophe might devour us all, her neighbours, the town, the

whole country. [S., p.47]

Также описание творческих и жизненных исканий главного героя,

сомнений, неуверенности в успехе не обходятся без употребления автором

модального глагола may.

I might disgrace myself. Instead of losing my practice by absence, I

might do so by presence. [S., p.110]

May, выражающий возможность, вероятность, Ч. Сноу использует

при описании непредсказуемости совершаемых его героями поступков.

Например, мистер Гетлиф, не теряет чувства оптимизма даже в самых

трудных ситуациях.

We may not be the best Chambers in London – but we do have fun! [S.,

p.54]

Он считает, что может быть его контора не самая лучшая в

Лондоне, но все же живут они ни хуже других. Употребление основных

40

оттенков значений модального глагола may можно графически изобразить

следующим образом.

Must

1.

В качестве основного оттенка модального глагола must принято

выделять оттенок обязательства, долженствования, необходимости.

I must cut her out of my heart [S., p.207]

You must say what you think, she said [S., p.169]

I must show you his photograph. [S., p. 307]

The first was, I must dismiss her from my mind, I must forget her

name [S., p.180]

You must watch for them in the night. And you must come and tell me if

you find any. [S., p. 83]

В. Л. Каушанская рассматривает это значение с двух позиций:

a) необходимость, зависящая от обстоятельств:

That was a risk I must take, I might contrive to save myself exhaustion.

[ S., p.,295]

б)

необходимость,

исходящая

из

человеческой

природы,

а,

следовательно, неизбежность.

All experience tended to show that man must die. [GL]

Т.

А.

Барабаш

отмечает,

что

в

значении

необходимости must

встречается

в

утвердительных

и

вопросительных

предложениях;

в

отрицательном

предложении

он

приобретает

значение

категоричного

запрещения:

This is serious, you mustn’t joke about it [5, 205]

Отсутствие необходимости выражается с помощью needn’t.

Yes, you must.

41

Must I do it? No, you needn’t. (Не нужно)

No, you mustn’t. (Нельзя) [5, 205]

Л. С. Бархударов же считает, что в отличии от других модальных

глаголов (should,

ought,

to have,

to be)

must выражает долженствование

вообще,

в

самом

широком

смысле,

без

какой-либо

субъективной

или

объективной оценки сообщаемого, независимо от каких-либо сложившихся

обстоятельств и безотносительно к последующему времени.

I must say your behaviour has been far from straightforward [GL]

И. С. Анурова рассматривает значение «необходимость, насущная

потребность», которое выражает существительное must:

A raincoat is an absolute must. (Плащ совершенно необходим)

I want to see the film; they say it’s a must. (Я хочу посмотреть этот

фильм; говорят, что пропустить его – грех)

This book is a must. (Непременно нужно прочитать эту книгу)[2 ,98]

2.

Вероятность или предположение, граничащее с уверенностью

или подразумевающее вероятность, возможность. Это одно из основных

значений модального глагола выделяемое грамматистами. Л.

С. Бархударов отмечает оттенок уверенности, который логично вытекает из

этого значения, и переводится на русский язык «должно быть, вероятно».

In the days of the house’s prosperity, this must have been a drawing-

room. [S., p.298]

She insisted that she must do it soon. [S., p.300]

It must be wonderful to be swept away. [S., p.151]

Sheila and I must have met a few months later, in the summer. [S., p.

151

He must be a cousin of your friend Olive’s, mustn’t he? [S., p.151]

He kept playing – I think it must have been Relf with an awkward –

looking shot... [S., p.34]

I thought that my mother must be dead [S., p.24]

Then followed a pause of quiet, in which I imagined my mother must

be replying, thought I could hear nothing. [S., p.29]

42

My wife and daughter might be staying with their relations [S., p.

280]

It must have been in the summer of 1925, when we were each nearly

twenty. [ S., p.139]

3.

Запрет. В этом значении модальный глагол must употребляется

только в отрицательных предложениях.

You must not let him drink. [S., p.228]

You must not burn the candle at both ends [S., p.113]

You must not be too hard on your friends. [S., p.157]

You mustn’t let him frighten you, dear. [S.,p.79]

4.

Убедительная просьба, настойчивый совет, приказ.

You must say what you think, said Sheila [S., p.169]

You must leave the room at once [S., p.103]

He must talk to her, my dear, until she takes her off our hands. [S.,

p.219]

He must look through these papers and see if there is one you could

tackle [S., p.267]

5.

И. С. Анурова рассматривает еще один оттенок модального

глагола must

–

оттенок

неопределенной

и

обыкновенной

досадной

случайности.

Just when we were ready to go what must he do but cut his finger!

(Когда мы уже собирались отправиться, он взял и порезал себе палец)[2 ,

98]

At a time when everybody was in bed, he must turn on the wireless. [2,

98]

6.

Т.

А.

Барабаш

отмечает,

что

в

ряде

устойчивых

сочетаний

модальное значение глагола must ослаблено:

Формулы приглашения:

I must be going

I must be off.

You must come and stay with us for the week-end.

43

Риторические клише:

I must tell you that...

I must say...[5, 206]

В

романе

Ч.Сноу

«Пора

надежд»

модальный

глагол must

употребляется реже, чем глагол can, однако яркость и выразительность его

модальных оттенков не могут не остаться незамеченными читателями. С

помощью основных оттенков, которые выражает модальный глагол must,

автор передает эмоциональность, характер того или иного героя.

Например, читателя захватывает почти трагическая история

любви

Льюиса

Элиота

к

Шейле

Найт,

девушке,

стоящей

на

грани

душевной болезни. Автор показывает столкновение двух сил, борющихся в

Элиоте

–

одной,

толкающей

его

к

активной

деятельности,

и

другой,

сковывающей его волю и мешающей его развитию, мучительного влечения

к больной и по природе своей наивной девушке.

I must cut her out of my heart; I must not see her again, speak to her,

receive a word from her or write to her, even hear of her at second – hand.

[S.,

p. 207]

С помощью модального глагола must, основной оттенок которого

выражает долженствование, Ч. Сноу открывает перед читателем сложные

натуры своих героев, передает их внутренний мир.

Употребление основных оттенков модального глагола must

наглядно можно показать следующим образом.

Анализ художественной литературы англоязычных авторов

показал, что модальные глаголы употребляются достаточно часто. Анализ

употребления

модальных

глаголов can,

may,

must

в

произведении

известного английского писателя Ч. Сноу помог раскрыть их модальные

оттенки. В его романе «Пора надежд» можно найти примеры употребления

почти всех оттенков модальных глаголов, рассмотренных нами выше. В

произведении

затронуты

различные

проблемы,

автор

показывает

провинциальный

английский

город,

и

знакомит

читателей

с

44

представителями

обитающих

в

нем

«средних

классов».

В

романе

множество

социальных

портретов,

которые

все

решены

с

большим

реалистическим

мастерством.

Каждый

его

персонаж

–

живой

человек,

имеющий свои индивидуальные особенности. Каждый наделен какими-

либо способностями и испытывает определенные чувства в зависимости от

сложившихся обстоятельств. У каждого есть права, которые он отстаивает,

и

обязанности,

которые

он

должен

выполнять.

И

чтобы

выразить

все

вышеперечисленное и многое другое автор прибегает к использованию

модальных глаголов, выражающих различные оттенки модальности, как в

описании

героев,

так

и

для

изображения

эмоциональной

сферы,

диалогической речи.

Модальный глагол can является наиболее употребительным в

произведении Ч. Сноу, т.к. оттенки значений модальности, которые он

выражает,

используются

не

только

в

разговорной

речи

(разрешение,

просьба,

запрещение),

но

и

при

описании

различных

ситуаций

(возможность,

невероятность),

отношений

между

главными

героями

(сомнение,

недоверие,

неуверенность,

удивление).

Кроме

того, can

выражает физические и интеллектуальные способности, умения, которыми

обладают герои романа, степень и качество которых можно описать с

помощью модальных глаголов с различными оттенками их значений.

Произведение Ч. Сноу связано с надеждой главного героя на

лучшую жизнь, с созданием нового поколения, которое изменит все. Автор

описывает способности героя добиваться цели, не останавливаясь перед

трудностями с помощью модального глагола can.

Стиль и язык

Ч. Сноу – сдержан и лаконичен. Сила

художественного

воздействия

не

зависит

от

красочности,

а

тем

более

необычности

слов

и

оборотов,

никогда

не

определяется

какими-либо

изысканными

приемами.

Искусство

его

заключается

в

той

простоте,

которая составляет основной принцип его эстетики. Он всегда находит

самые

нужные

формы

художественной

передачи.

Нельзя

оставить

без

внимания

действительно

блестящее

мастерство

писателя

добиваться

45

именно той выразительности содержания с помощью модальных глаголов

и

различных

оттенков

их

значений.

С

помощью

употребления

этих

глаголов

автор

не

только

создает

естественную

картину

диалогов

и

высказываний, но и подчеркивает эмоциональность речи, т.к. именно за

употреблением модальных глаголов кроются различные чувства и эмоции.

46