Формирование ценностных ориентаций и временной перспективы у

старших подростков

Формирование

ценностных

ориентаций

происходит

в

течение

всей

жизни

человека,

однако

наиболее

благоприятным

периодом,

по

мнению

многих психологов (Дубровина И. В., Кон И. С., Круглов Б. С., Крутецкий В.

А., Петровский В. А. , Якобсон П. И. и др.), является старший подростковый

возраст. Именно в подростковом возрасте школьник достигает того уровня

когнитивного

развития,

который

позволяет

ему

сформировать

свои

собственные ценностные представления о действительности [43]. Конечно,

ценностные ориентации начинают складываться еще в дошкольном возрасте,

но осознать и выразить их речевыми средствами дети могут впервые именно

в

подростковом

возрасте.

Пиаже

Ж.

считал,

что

подросток

получает

способность рассуждать не только о реально существующих предметах и

явлениях, но и о потенциально возможных, гипотетических. Кроме того,

существенно расширяется его социальный опыт, который дает материалы для

анализа ценностей и его последующего обобщения [49].

Отметим, что одним из наиболее значимых и содержательных аспектов

самосознания

ценностные

ориентации,

наряду

с

представлениями

о

жизненном

пути,

становятся

в

контексте

самоопределения

на

пороге

окончания

школы

[35].

Основным

процессом

нравственного

развития

в

подростково−юношеском

возрасте

является

«построение

и

переоценка

системы ценностей» [27].

Как

полагает

Ремшмидт

Х.,

ценности

формируются

посредством

подражания и идентификации [44].

В

подростковом

возрасте

главным

новообразованием,

по

мнению

практически

всех

отечественных

авторов,

начиная

с

Выготского

Л.

С.,

является чувство взрослости, которое проявляется ориентацией на взрослые

ценности.

Такая

ориентация,

по

справедливому

замечанию

И. С.

Кона,

отличается противоречивым характером. С одной стороны, для подростков

исключительную

значимость

приобретают

ценности,

принятые

в

группе

сверстников.

С

другой

стороны,

в

этот

период

впервые

появляется

возможность

формирования

собственной

связной

и

непротиворечивой

ценностной системы, определяющаяся развитием способности к критической

переоценке принципов внешней, «взрослой» морали [51].

По

мнению

Хоффмана

М.,

процесс

морального

развития,

определяющийся построением и переоценкой системы ценностей, идет тремя

различными,

но

не

исключающими

друг

друга

путями.

Первый –

это

«основанное на тревоге сдерживание», то есть поведение, определяющееся

сначала

страхом

наказания,

затем,

вследствие

интернализации

запретов,

чувством вины. Второй путь заключается в «основанной на эмпатии заботе»,

связанной с развитием способности понимать чувства других людей. Третий

путь основан на развитии «мышления на уровне формальных операций»,

появлении способности к переоценке информации и переформулированию

понятий [27].

Предпосылки для начала реального выполнения системой ценностных

ориентаций всех своих регулятивных функций окончательно складывается

лишь в юношеском возрасте. Как обоснованно пишет Божович Л. И., «только

в

юношеском

возрасте

моральное

мировоззрение

начинает

представлять

собой

такую

устойчивую

систему

нравственных

идеалов

и

принципов,

которая становится постоянно действующим побудителем, опосредствующем

все их поведение, деятельность, отношение к окружающей действительности

и к самому себе» [10].

Выделим

определенную

возрастную

динамику

преобладающего

влияния разных источников на ценности подростка. Младший подросток

ориентируется в основном на ценности, принятые группой сверстников. При

этом

ценности,

предлагаемые

семьей,

могут

отторгаться.

В

среднем

подростковом

возрасте

преобладающее

влияние

начинают

оказывать

ценности

общества

в

целом,

транслируемые

через

средства

массовой

информации.

В

это

время

подросток

начинает

осваивать

культурные

ценности своего народа: литература, музыка, театр и др. перед старшим

подростком

встает

проблема

самоопределения,

поэтому

он

вынужден

не

только

формулировать

для

себя

свои

ценности,

но

и

осуществлять

их

практическую реализацию в собственную жизнь [50].

Старшеклассники

выстраивают

свою

систему

ценностей

на

уровне

сознательного

усвоения

социальных

норм

и

правил

взаимоотношения,

построения

жизненных

планов.

В

то

же

время

построение

в

раннем

юношеском

возрасте

жизненной

перспективы

непосредственно

связано

с

представлением о доступности тех или иных ценностей в будущем. Причем

если

его

оценка

важности

той

или

иной

сферы

жизни

не

совпадает

с

представлением о доступности этой сферы для себя, то можно говорить о

наличии

внутреннего конфликта

и

блокады

функционирующих

в

мотивационной сфере ценностно-смысловых образований.

Таким

образом,

состояние внутреннего психологического конфликта – это, прежде всего,

состояние разрыва между потребностью достижении

внутренне

значимых

ценностных

объектов

и

низкой

возможностью

(доступностью)

такого

достижения в реальности. В случае, если какая-либо жизненная сфера имеет

незначительную ценность и мало учитывается

в

построении

жизненных

перспектив,

но

при

этом

оценивается подростком как очень доступная,

можно говорить о наличии в этой области внутреннего психологического

«вакуума»,

душевной

пустоты.

Таким образом,

наиболее

оптимальным

психологическим

состоянием,

характеризующим

мотивационную

сферу,

является

небольшое

расхождение

между

ценностью

и

доступностью

в

основных жизненных сферах. Очевидно, в этом случае можно говорить о

внутренней

гармонии

мотивационной

сферы старших

школьников

и

их

социальной адаптированности [11].

Юность – это

период

серьезной

реорганизации

психологического

времени

личности

и

формирование

представлений

о

будущем

как

о

необходимой

реальности

существования,

когда

отдаленные

и

не

очень

перспективы придают осмысленность и наполненность сегодняшнему дню.

Субъективная скорость течения времени с возрастом все более усиливается

и особое значение для старшего школьника приобретает осознание своей

временной

протяженности

как

условия

для

построения

самосознания,

совершения жизненно важных выборов и представления о тождественности

себя, объединяющей прошлое, настоящее и будущее [3].

Старший

школьный

возраст,

в

психологической

литературе

традиционно

интерпретируется

как

возраст,

в

котором

личность

ориентирована

на

будущее.

Перед

старшеклассником

встают

сложные

вопросы

выбора

социального,

личностного

и

профессионального

пути.

Психологи,

исследующие

особенности

становления

личности

в

данный

период (Божович Л. И., Абульханова К. А., Толстых Н. Н., Головаха Е. И., Кон

И.

С.,

Мудрик

А.

В.

и

др.),

связывают

переход

от

подросткового

к

юношескому возрасту с резкой сменой внутренней позиции, заключающейся

в том, что ориентация в будущее становится основной направленностью

личности,

а

вопрос

выбора

профессии – центром внимания, интересов и

планов старшеклассника [46].

«Осознание своего места в будущем, своей

жизненной

перспективы»

Божович

Л. И.

считала

центральным

моментом

психического и личностного развития в юношеском возрасте [28].

Трудности юношеской рефлексии о смысле жизни – в правильном

совмещении

ближней

и

дальней

перспективы.

Расширение

временной

перспективы вглубь (охват более длительных отрезков времени) и вширь

(включение

своего

личного

будущего

в

круг

социальных

изменений,

затрагивающих

общество

в

целом)

–

необходимая

психологическая

предпосылка постановки мировоззренческих проблем [26].

Главное противоречие жизненной перспективы старших подростков, по

данным Головахи Е. И., – недостаточная самостоятельность и готовность к

самоотдаче ради будущей реализации своих жизненных целей. Подобно тому,

как

в

определенных

условиях

зрительного

восприятия

перспективы,

отдаленные объекты кажутся наблюдателю более крупными, чем близкие,

отдаленная перспектива рисуется некоторым старшеклассникам более ясной

и отчетливой, нежели ближайшее будущее, зависящее от них самих [14].

Развитие в отрочестве способности принимать решения, потребности в

достижениях или таких социальных эмоций, как чувство вины или чувство

надежды,

основываются

на

временной

перспективе

личности.

Временная

ориентация

старшеклассников

обусловливается

кул ьту р н ы м и ,

географическими, религиозными, социальными, политическими факторами,

которые в тесном взаимодействии друг с другом формируют соотношение

прошлого, настоящего и будущего. Так, в исследовании Гордеевой О. А. были

получены

данные

о

значимых

различиях

во

временной

перспективе

у

подростков, растущих в различных макросоциальных контекстах – большом

и

малом

городе.

Если

в

большом

городе

будущее

в

представлениях

подростков

имеет

большую

протяженность,

позитивно

окрашено

и

содержательно разнообразно, то у подростков малого города перспектива

ограничена, вызывает скорее тревогу и неуверенность, будущее связывается с

односторонним

набором

традиционных

социальных

ролей.

В

целом

от

младшего

к

старшему

подростковому

возрасту

протяженность

будущего

возрастает

и

приобретает

все

большее

значение

в

картине

мира

и

представлениях о себе.

Как

уже

отмечалось,

для

детства

характерна

преимущественная

ориентация

в

настоящем,

связанная

со

спонтанностью,

текущим

удовлетворением

потребностей

и

импульсивностью.

Однако

если

естественная

для

детства

погруженность

в

настоящее

начинает

распространяться за пределы возраста, то в отрочестве и юности, по мнению

Геррига Р. и Зимбардо Ф., ценности настоящего приводят к ряду негативных

последствий,

прежде

всего

развитию

различных

зависимостей,

в

основе

которых

лежит

стремление

к

сиюминутному

удовольствию.

Это

и

алкогольная,

и

наркотическая,

и

игровая

зависимость,

связанная

с

импульсивностью

желаний

и

отсутствием

во

временной

ориентации

личности моделей прошлого и будущего, отсутствием ответственности перед

прошлым и перед будущим. Ориентация в будущее позволяет подросткам и

юношам продуктивно организовывать собственную жизнь, формулировать

реальные

цели

и

стремиться

к

их

достижению.

Присутствие

модели

прошлого

во

временной

перспективе

старших

школьников

обеспечивает

связь личности с культурой, с семьей, формирует чувство стабильности,

преемственности,

ответственности,

позитивного

самоотношения,

чувства

идентичности.

Хорошие

воспоминания,

семейные

ритуалы

и

знание

собственной

истории

(семейной,

национальной,

географической

и

т.д.)

способствуют

развитию

патриотизма,

мудрости

и

чувства

собственного

достоинства [3].

Процесс социализации «навязывает» растущему человеку конкретную

ориентацию, обусловленную тем, какую временную зону данная культура

предпочитает: прошлое, настоящее или будущее.

Временная ориентация исключительно на прошлое свидетельствует об

обращенности

культуры

к

традициям,

опыту

и

достижениям

былых

поколений.

В

подобном

обществе

предпочтение

отдается

сохранению

сложившегося

порядка,

повторению

или,

по

крайне

мере,

сходству

с

налаженным образом

жизни. Так, Клакхон Ф. и Стродбек Ф. причислили

Китай к культуре, поглощенной прошлым, Америку – к типу, обращенному в

будущее, а американских испанцев – к виду культур, ориентированных на

настоящее.

По

наблюдению

данных

авторов,

стиль

жизни

американских

испанцев не предусматривает планирование будущего, потому что они не

считают, что завтрашний день будет лучше, чем сегодняшний или вчерашний.

Ориентация же самих американцев объясняется другими соображениями.

Они лишь хотят, чтобы их считали приверженцами старых идеалов. Прошлое

ими не признается хорошим только потому, что оно является прошлым.

Китайцы же ориентированы на прошлое из уважения к предкам, благодаря

сильной семейной традиции. Мировоззрение китайцев, считают Клакхон и

Стродбек, не допускает, что может случиться что-то новое в настоящем или

произойти в будущем [36].

Очевидно, что временная перспектива личности может иметь не только

различное соотношение категорий прошлого, настоящего и будущего, но и

полярную

окрашенность

этих

категорий

–

положительную

или

отрицательную. Так, будущее, по мнению Зимбардо Ф., в зависимости от

характера представлений будет связываться с надеждой или саморазвитием,

или с тревогой и социальной изоляцией. Представления о настоящем могут

стимулировать активность и достижения или чувство злобы и конкуренции

[3].