Вариантность ладовой организации балладных песен

белгородской традиции

Исследование балладных песен представляет собой характерную

тенденцию в современной фольклористике, поскольку стилистика этого

жанрового модуса, отличаясь своеобразием и внутренней неоднородностью,

остается малоизученной.

Как

известно,

в

основе

балладных

песенных

сюжетов

лежат

доведённые до красности страсти, конфликты нравственного порядка,

приводящие к страданиям и гибели положительных героев. Специфическими

чертами поэтических текстов баллад является «наличие сюжета, связанного

с необыкновенными событиями, происшедшими с обыкновенными людьми и

имеющими трагическую развязку» [3; 269]. Кроме того, по словам

исследователя, существенно также сочетание реального с фантастическим;

наличие романтического пейзажа; лаконичность. [3; 269].

Таким образом, если рассуждать о балладе, как о жанровом феномене,

обладающем специфической, только ему присущей поэтикой, то следует

подчеркнуть, что элементом, «припоминающим» жанр здесь является,

прежде всего, поэтический текст, обладающий особым, нарративным

1

тоном

высказывания. План содержания баллад наполнен глубоким психологизмом:

наличием моральных оценок поведения персонажей, глубокой рефлексией,

драматической взволнованностью.

Что

касается

непосредственно

самого

балладного

напева,

то

этномузыкологами было неоднократно отмечено отсутствие типизированных

ладоинтонационных

структур

и

некоего

принципиально

единого

музыкального словаря.

Способность баллад функционировать в среде разных жанров -

календарно-приуроченных,

семейно-приуроченных,

исторических,

лирических, существовать в различных временных срезах и бытовых

ситуациях обусловила мобильность ладоинтонационной сферы, привела к

тому, что сама стилистика музыкальных песенных текстов приобрела

качества изменяемости. В этом смысле ладовые особенности балладных

напевов белгородской ареала не являются исключением.

Традиционно ладом считается система высотных связей. По Ю.

Холопову

лад

–

это

«звуковая

система

музыкально-логического

соподчинения звуков и созвучий» [5; 31]. Ю. Тюлин рассуждает о том, что

лад

–

это

логически

дифференцированная

система

качественных

взаимоотношений тонов [4; 10].

1

Под нарративом подразумевается интерпретация событий с определенной позиции автора.

Итак, лад предполагает взаимосвязь звуков, где каждый тон, обладая

самостоятельным выразительно-функциональным значением, в сочетании с

остальными звукотонами, образует семантически значимую конструкцию.

Следует

отметить,

что

такого

рода

конструкция

играет

в

ладовом

оформлении фольклорных напевов большую роль, становясь, по сути, их

«способом существования»: «каждый напев, в основе которого находится

или

ограниченный,

или

многосоставный

звукоряд,

обладает

своими

выразительными возможностями, обусловленными историко-возрастной,

жанровой, местной стилистикой». [6; 160].

Ладовое развитие становится особым процессом, основанным на

взаимодействие всех стилистических компонентов – мелодии, ритма,

структурной

композиции.

Ладозвукоряд

не

только

способствует

формированию

интонационной

горизонтали,

но

и

проецируется

на

фактурную ткань, формируя созвучия полимелодического происхождения.

Рассмотрим ладовые конструкции балладных напевов белгородской

традиции «На заре у нас было да на утренняй», «Эх, летел орел да через сад

зеленый», «Похотелося нашей Дуняше».

Первые два напева «распеты» в функциональным двухголосии, где

каждый голос представляет собой гетерофонный звуковой пласт. Мягкость

интонационных оборотов сочетается здесь с ритмическим разнообразием и

импровизационной пластикой мелодики, лирическое начало взаимодействует

с речитативным. При этом, если звукорядная конструкция «На заре…» b, c,

es, f, g, a, b, где интонационно выделяется квартовый бесполутоновый

трихорд (b, c, es), то напеве «Эх, летел орёл да через сад зелёнай», полная

семиступенная диатоника g, a, h, c, cis, d, e, fis, g, a, h, cis, d с вариантами

ступеней c

и cis, указывающими на соединение одноименных мажоро-

минорных структур.

Фактурный склад «Похотелося нашей Дуняше» представлен как «склад

со второй» (Т. Бершадская), где втора «раздваивает» основной голос и

придаёт напеву более глубокое, бархатистое звучание.

Здесь

звукоряд

также насыщен ступеневой вариантностью: a, b

,

h

, c, d, es

,

e

,

f, g, a, b),

предполагающей синтез модулей a-эолийского и b-ионийского, придающему

звучанию

особую

прихотливость,

интонационную

«переливчатость».

Дополним,

что

все

анализируемые

ладовые

структуры

отмечены

переменностью устоев.

В заключении подчеркнем, что данные балладные песни представляют

собой проекции множественных ладовых явлений, существующих в русской

народной песне вообще, выявляя их уникальную специфику и разнообразие.

При этом особенно следует выделить вариантный принцип, понимаемый, как

«универсум, пронизывающий все слои народной песенности» [1; 10]. Он

представлен индивидуализацией самих ладозвукорядов, вариантностью их

реализации, включающей в себя ступеневую вариантность, вариантность

устоев и вариантность диапазона ладовой структуры.

И хотя лад в стилистике баллад не является стабильным элементом,

широта диапазона, интонационная выразительность мелодики, красочность

гармонического звучания, становясь своеобразным «отражением» ладового

модуля, несомненно, создает то семантическое поле, которое соответствует

жанровому облику баллады.

Используемая литература:

1.

Пашина О. Музыкальное народное творчество. С.-П., 2009.

2.

Тюлин Ю. Краткий теоретический курс гармонии. М., 1978.

3.

Холопов Ю. Гармония: теоретический курс. М., 2003.

4.

Щуров В. Стилевые основы русской народной музыки. М.,1998.

5.

Щуров В. Жанры русского музыкального фольклора, М. 2007.