Сегунат – вторая власть Японии.

Учитель истории и обществознания ГБОУ школы № 561

г. Санкт – Петербурга

Сегунат – это термин появившийся в Японии в XII веке, в эпоху начала

гражданских войн. Вопрос о появлении новой должности, встал именно

потому что для победителя в бесконечной войне кланов требовался какой –

то

особый

титул,

титул

выражавший

главенствующее

положение

одобряемое императором. Поскольку, первоначально императорский дом

Японии вынужден был награждать победителя титулом регент, что очень не

нравилось всей царствующей семье, был найден компромисс – титул «Сегун»

предполагавший,

что

князь

занявший

данное

место

будет

лишь

главнокомандующим всеми военными и феодальными силами страны

Восходящего солнца. Подобная хитрость, позволяла сохранить лицо «

царствующему монарху» и уберечь его от ненужных разговоров. Первым

обладателем и создателем новой должности, явился представитель клана

Минамото – Еритомо, обладавший незаурядной воинской сноровкой, умом,

полководческим талантом и сумевшим разгромить в течении нескольких лет,

клан соперников – Тайра. Е. Минамото создал не просто новую должность, а

разработал целую систему, включавшую в себя и отдельную столицу,

дающую название всему сегунату – Камакура.

Сегунат стал военным

правительством при императорском дворе. Вначале помогая, императорской

власти, а впоследствии и полностью оттеснив и заменив ее в политике и

экономике.

Первое, к чему приступило новое правительство сегуна Минамото, это

наведение порядка в стране, то есть разгром прежних противников – клана

Тайра

и

его

сторонников.

Земельные

владения

прежнего

клана

распределялись между союзниками дома Минамото. На короткое время

наступила тишина и спокойствие. Вторым мероприятием, стало воссоздание

духовной жизни. Ведущую роль играли две религии – синто и буддизм.

Возникает вопрос, почему не прижилось конфуцианство. Видимо в основе

этого вопроса, лежал один ответ это религиозное течение было китайским. А

все что касалось Китая, Японии было абсолютно противопоказано. Как

говорится – два мира две системы. Именно поэтому, очень тесно сплелись

между собой Буддизм и Синто. Простолюдины выбирали: «Школу Чистой

земли», а самураям пришлось по вкусу учение «Дзэн – буддизма». Суть ее

заключалось во внутреннем просветлении ученика, которое тот постигает

самостоятельно или с помощью небольшого подталкивания выбранного

учителя. Новое самурайско – философское учение проповедовало полное

подчинение Будде, как верховному божеству и своему господину, отрицая

другие направления религии [ 1. с – 43]. В противном случае, согласно

данному учению страну постигла бы кара в виде чужеземного вторжения, что

в действительности и произошло в

XIII веке, когда в Японию вторглось

монгольское войско хана Хубилая. Не было бы счастья, да несчастье

помогло. Считавшееся злом, создание второго центра власти в лице клана

Минамото, оказалось благом для империи. В переговорах с монгольским

ханом, императорский двор выбрал позицию затягивание и уклончивость

ответов, говоря, что отныне «он» император вынужден советоваться по всем

важным вопросам с Богами и двором Сегуна. Что было очень удобно в плане

« Спасения» лица правителя. Монголы – же, не привыкшие к подобным

хитросплетениям дипломатии, решили нанести молниеносный удар по

японскому архипелагу. Собранный огромный флот вторжения, нанес удар по

остову Косю, разгромив, передовые части японских войск. Именно в этот

момент, сегунат проявил себя в полной мере, сумев мобилизовать все силы

страны и получив на это благословение императора. Само благословение,

привело под знамена не только самураев, но и крестьян, подняв их на волне

патриотизма. Два центра власти объединились и сумели разгромить

карательную экспедицию Хубилая. Если – же, при этом еще учесть

пришедший на помощь ветер названный «Божественным», то для многих

жителей страны отождествление двух земных властей и божественной в лице

богини Аматэрасу, надолго закрепилось в сознании, что позволило институту

Сегуната закрепиться еще на 6 веков. Происходила лишь смена фамилий под

данной должностью, авторитет – же был незыблем. Последняя смена

династий произошла в конце 16 начала 17 веков. С какими – же, итогами

вышла империя к концу правления династии Токугава?

Во – первых, произошло деление самураев на кланы. А именно, политика

и экономика в руках клана Токугавы. Чуть ниже находились Дайме гокамон

– это младшая линия правящей династии Сегунов. Следующая ступень,

Фудай – дайме – являлись верными вассалами правящего режима и занимали

посты зам. начальников провинций и наконец – те феодалы, которые

проиграли полностью: Тодзама – дайме им приходилось отныне сидеть тихо

и не высовываться для них наступило 2 века спокойствия. Вся эта система

была законсервирована на несколько столетий, а страна оказалась «закрыта»

для всех иностранцев, кроме голландцев помогавших Иэясу Токугаве

оружием в борьбе с врагами.

Во – вторых, в экономическом плане хотя и наступил долгий мир, но он же

принес с собой стагнацию. Военное сословие увеличивалось, вакантных мест

не было, поэтому многие разорялись. И постепенно в авангард истории стало

выходить – другое сословие – торговое. Которому жизненно необходимо

было торговать не только внутри, но и вне страны. А страна была закрыта.

Поэтому хотя торговля и еле теплилась, торговцы все равно постепенно

богатели занимаясь и торговлей и ростовщичеством [ 2. с – 117]

Переходя к выводу, можно сказать, что если в начале XVI века страна была

развита и экономически и в военном плане, то в первой половине XIX века,

когда Японию начали «открывать» европейцы с помощью пушек, правящая

верхушка поняла, что сильно отстала от западной цивилизации. Именно

поэтому, первоначально правящий режим – Сегуната был прогрессивным, а

затем эта роль перешла к императорскому дому, который смог с помощью

революции смести режим «Бакуфу» и помочь стране присоединиться к

технически развитым европейским странам.

Список литературы:

1. Елисеев, Даниэль Хидэеси / Даниэль Елисеев. - М.: Евразия, 2008. - 43 c.

2. Инадзо, Нитобе Бусидо. Душа Японии. Кодекс чести Самурая - М.: АСТ,

Кладезь, 2015. - 117 c.