Муниципальное автономное учреждение

дополнительного образования

«Детская школа искусств № 1 города Надыма»

Методическая разработка:

«Принципы подбора концертмейстером музыкального материала на

уроках хореографии».

Выполнил: Козьякова А.С.

концертмейстер

г.Надым

2024г.

План

I. Введение

II. Профессиональные знания и навыки концертмейстера

III. Творческие аспекты деятельности концертмейстера:

- чтение с листа и транспонирование

- навыки подбора по слуху и импровизации

IV. Работа концертмейстера с учащимися различных специальностей:

- в вокальном классе

-

на занятиях хора

-

в ансамбле с солистами-инструменталистами

V.

Заключение

I.Введение.

Если обратиться к истории данного вопроса, то можно отметить, что многие

десятилетия понятие «концертмейстер»

обозначало музыканта, руководившего

оркестром, затем группой инструментов в оркестре. Концертмейстерство, как

отдельный вид исполнительства появился во второй половине Х1Х века, когда

большое

количество

романтической

камерной

инструментальной

и

песенно-

романсовой лирики потребовало особого умения аккомпанировать солисту. Этому

также способствовало расширение количества концертных залов, оперных театров,

музыкальных учебных заведений. В то время концертмейстеры, как правило, были

«широкого профиля» и умели делать многое: играли с листа хоровые и симфонические

партитуры, читали в различных ключах, транспонировали фортепианные партии на

любые интервалы и т. д.

Со временем эта универсальность была утрачена. Это было связано с все

большей дифференциацией всех музыкальных специальностей, усложнением и

увеличением

количества

произведений,

написанных

в

каждой

из

них.

Концертмейстеры также стали специализироваться для работы с определенными

исполнителями.

Интересно, что в настоящее время термин «концертмейстер» чаще используется

в контексте фортепианной методической литературы. Термин же «аккомпаниатор» - в

методической

литературе

адресован

музыкантам-народникам,

прежде

всего

баянистам. Музыкальная энциклопедия вообще не дает понятия «аккомпаниатор». В

ней есть статьи «аккомпанемент» и «концертмейстер». Тенденция к синонимии двух

терминов наблюдается в работах пианистов-практиков. Так В. Чачава в предисловии к

книге о Дж. Муре пишет: «Обычно аккомпаниатор является и концертмейстером в

строгом смысле этого слова – он не только исполняет произведение с певцом, но и

работает с солистом на предварительных репетициях» . Какими же качествами и

навыками должен обладать пианист, чтобы хорошим концертмейстером? Прежде

всего, он должен хорошо владеть роялем – как в техническом, так и в музыкальном

плане. Плохой пианист никогда не станет хорошим концертмейстером, как, впрочем,

всякий хороший не пианист достигнет больших результатов в аккомпанементе, пока

не усвоит законы ансамблевых соотношений, не разовьет в себе чуткость к партнеру,

не ощутит неразрывность и взаимодействие между партией солиста и партией

аккомпанемента. Концертмейстерская область музицирования предполагает владение

как всем арсеналом пианистического мастерства, так и множеством дополнительных

умений, как то: навык сорганизовать партитуру, «выстроить вертикаль», выявить

индивидуальную

красоту

солирующего

голоса,

обеспечить

живую

пульсацию

музыкальной ткани, дать дирижерскую сетку и т. п. В то же время в искусстве

концертмейстера с особой силой проявляются такие краеугольные составляющие

деятельности музыканта, как бескорыстность служения красоте, самозабвение во имя

солирующего голоса, во имя одушевления партитуры.

Хороший концертмейстер должен обладать общей музыкальной одаренностью,

хорошим музыкальным слухом, воображением, умением охватить образную сущность

и форму произведения, артистизмом, способностью образно, вдохновенно воплотить

замысел автора в концертном исполнении. Концертмейстер должен научиться быстро

осваивать музыкальный текст, охватывая комплексно трехстрочную и многострочную

партитуру и сразу отличая существенное от менее важного.

II. Профессиональные знания и навыки концертмейстера.

Специфика работы концертмейстера в школе искусств состоит в том, ему

приходится сотрудничать с представителями разных художественных специальностей,

и в этом смысле он должен быть «универсальным» музыкантом, аналогично тому, как

это было в позапрошлом веке. Перечислим, какие же знания и навыки необходимы

концертмейстеру для начала профессиональной деятельности в школе искусств. В

первую очередь умение читать с листа фортепианную партию любой сложности,

понимать смысл воплощаемых в нотах звуков, их роли в построении целого, играя

аккомпанемент, видеть и ясно представлять партию солиста, заранее улавливая

индивидуальное своеобразие его трактовки и всеми исполнительскими средствами

содействовать наиболее яркому его выражению;

владение навыками игры в ансамбле;

умение транспонировать в пределах кварты текст средней трудности, что

полезно, что необходимо при игре с духовыми инструментами, а также для работы с

вокалистами;

знание

правил

оркестровки;

особенностей

игры

на

инструментах

симфонического и народного оркестра, знание ключей «До» - для того, чтобы

правильно соотносить звучание фортепиано с различными штрихам и тембрами этих

инструментов; наличие тембрального слуха; умение играть клавиры (концертов, опер,

кантат) различных композиторов в соответствии с требованиями инструментовки

каждой эпохи и каждого стиля; умение перекладывать неудобные эпизоды в

фортепианной фактуре в клавирах;

не нарушая замысла композитора;

умение

читать

и

транспонировать

на

полтона

и

тон

вверх

и

вниз

четырехголосные хоровые партитуры; знание основных дирижерских жестов и

приемов;

знание основ вокала: постановки голоса, дыхания, артикуляции, нюансировки; быть

особенно чутким, чтобы уметь быстро подсказать солисту слова, компенсировать, где

это необходимо, темп, настроение, характер, а в случае надобности – незаметно

подыграть мелодию;

для успешной работы с вокалистами необходимо знание основ фонетики

итальянского, желательно и немецкого, французского, языков, то есть знать основные

правила произношения слов на этих языках, в первую очередь – окончаний слов,

особенности фразировочной речевой интонации;

знание основ хореографии и сценического движения, чтобы верно организовать

музыкальное сопровождение танцорам и правильно скоординировать жесты руками у

певцов; осведомленность об основных движениях классического балета, бальных и

русских народных танцев; знание основ поведения актеров на сцене; умение

одновременно играть и видеть танцующих; умение вести за собой целый ансамбль

танцоров; умение импровизировать (подбирать) вступления, отыгрыши, заключения,

необходимые в учебном процессе на занятиях хореографии; знание русского

фольклора, основных обрядов, а также приемов игры на русских народных щипковых

инструментах – гуслях, балалайке, домре; умение «на ходу» подобрать мелодию и

аккомпанемент; навыки импровизации, то есть умение играть простейшие стилизации

на темы известных композиторов, без подготовки фактурно разрабатывать заданную

тему, подбирать по слуху гармонии к заданной теме в простой фактуре. Знание

истории музыкальной культуры. изобразительного искусства и литературы, чтобы

верно отразить стиль и образный строй произведений.

Концертмейстеру необходимо накопить большой музыкальный репертуар,

чтобы почувствовать музыку различных стилей. Чтобы овладеть стилем какого-либо

композитора изнутри, нужно играть подряд много его произведений Хороший

концертмейстер проявляет большой интерес к познанию новой, неизвестной музыки,

знакомству с нотами тех или иных произведений, слушанию их в записи и на

концертах. Концертмейстер не должен упускать случая практически соприкоснуться с

различными жанрами исполнительского искусства, стараясь расширить свой опыт и

понять особенности каждого вида исполнительства. Любой опыт не пропадет даром;

даже если впоследствии определится узкая сфера аккомпаниаторской деятельности, в

избранной области всегда будут встречаться в какой-то мере элементы других жанров.

Специфика игры концертмейстера состоит также в том, что он должен найти смысл и

удовольствие в том, чтобы быть не солистом, а одним из участников музыкального

действия, причем, участником второплановым. Пианисту-солисту предоставлена

полная свобода выявления творческой индивидуальности. Концертмейстеру же

приходится приспосабливать свое видение музыки к исполнительской манере солиста.

Еще труднее, но необходимо при этом сохранить свой индивидуальный облик.

III. Творческие аспекты деятельности концертмейстера.

При всей многогранности деятельности концертмейстера на первом плане

находятся творческие аспекты. Творчество – это созидание, открытие нового,

источник материальных и духовных ценностей. Творчество – активный поиск еще не

известного, углубляющий наше познание, дающий человеку возможность по новому

воспринимать окружающий мир и самого себя. Необходимым условием творческого

процесса концертмейстера является наличие замысла и его воплощение. Реализация

замысла органично связана с активным поиском, который выражается в раскрытии,

корректировке и уточнении художественного образа произведения, заложенного в

нотном тексте и внутреннем представлении. Для постановки интересных задач в

музыкально-творческой деятельности концертмейстеру обычно бывает недостаточно

знаний только по своему предмету. Необходимы глубокие познания в дисциплинах

музыкально-теоретического

цикла

(гармонии,

анализа

форм,

полифонии).

Разносторонность и гибкость мышления, способность изучать предмет в различных

связях, широкая осведомленность в смежных областях знаний - все это поможет

концертмейстеру творчески переработать имеющийся материал.

Концертмейстер должен обладать рядом положительных психологических

качеств. Так, внимание концертмейстера – это внимание совершенно особого рода.

Оно многоплоскостное: его надо распределять не только между двумя собственными

руками, но и относить к солисту – главному действующему лицу. В каждый момент

важно, что и как делают пальцы, как используется педаль, слуховое внимание занято

звуковым

балансом

(которое

представляет

основу

основ

ансамблевого

музицирования),

звуковедением

у

солиста;

ансамблевое

внимание

следит

за

воплощением единства художественного замысла. Такое напряжение внимания

требует огромной затраты физических и душевных сил.

Мобильность, и быстрота и активность реакции также очень важны для

профессиональной деятельности концертмейстера. Он обязан в случае, если солист на

концерте или экзамене перепутал музыкальный текст (что часто бывает в детском

исполнении), не переставая играть, вовремя подхватить солиста и благополучно

довести произведение до конца. Опытный аккомпаниатор всегда может снять

неконтролируемое волнение и нервное напряжение солиста перед эстрадным

выступлением. Лучшее средство для этого – сама музыка: особо выразительная игра

аккомпанемента, повышенный тонус исполнения. Творческое вдохновение передается

партнеру и помогает ему обрести уверенность, психологическую, а за ней и

мышечную свободу. Воля и самообладание – качества, также необходимые

концертмейстеру и аккомпаниатору. При возникновении каких-либо музыкальных

неполадок,

происшедших

на

эстраде,

он

должен

твердо

помнить,

что

ни

останавливаться, ни поправлять свои ошибки недопустимо, как и выражать свою

досаду на ошибку мимикой или жестом.

Функции концертмейстера, работающего в учебном заведении с солистами (с

детским контингентом в особенности), носят в значительной мере педагогический

характер, поскольку они заключаются, главным образом, в разучивании с солистами

нового учебного репертуара. Эта педагогическая сторона концертмейстерской работы

требует от пианиста, помимо аккомпаниаторского опыта, ряда специфических

навыков и знаний из области смежных исполнительских искусств, а также

педагогического чутья и такта.

Чтение с листа и транспонирование

Одним из важных аспектов деятельности концертмейстера является способность

бегло «читать с листа». Нельзя стать профессиональным концертмейстером, если не

обладаешь этим навыком. В учебной практике ДШИ часто бывают ситуации, когда у

аккомпаниатора нет времени для предварительного ознакомления с нотным текстом. К

тому же обилие репертуара, находящегося в обороте в работе с учащимися разных

специальностей не создает условий для заучивания текстов и их приходится играть

всегда по нотам. От пианиста требуется быстрота ориентировки в нотном тексте,

чуткость и внимание к фразировке солиста, умение сразу охватить характер и

настроение произведения.

Прежде чем начать аккомпанировать с листа на фортепиано, пианист должен

мысленно охватить весь нотный и литературный текст, представить себе характер и

настроение музыки, определить основную тональность и темп, обратить внимание на

изменения темпа, размера, тональности, на динамические градации, указанные

автором, как в партии фортепиано, так и в партии солиста (надо учитывать, что

некоторые указания, например tenuto, даются иной раз только в вокальной партии и не

отражаются

в

фортепианной).

Мысленное

прочтение

материала

является

эффективным методом для овладения навыками чтения с листа. Впрочем, момент

мысленного охвата нотного текста предваряет игру и в процессе аккомпанирования,

так как прочтение нот всегда предшествует их исполнению.

Фактически воплощение только что прочитанного текста происходит как бы по

памяти, ибо внимание все время должно быть сосредоточено на дальнейшем. Не

случайно опытный аккомпаниатор переворачивает страницу за один или два такта до

того, как она доиграна до конца. При чтении нот с листа исполнитель должен

настолько хорошо ориентироваться в клавиатуре, чтобы ему не было нужды часто на

нее поглядывать, и он мог бы мобилизовать все свое зрительское внимание на

непрерывном осознании читаемого текста. Особо должно учитываться при этом

значение точного охвата басовой линии, ибо неправильно взятый бас, искажая основу

звучания и разрушая тональность, может дезориентировать и попросту сбить солиста.

При чтении аккомпанемента с листа в ансамбле с певцом или солистом-

инструменталистом категорически запрещаются любые остановки и поправки, так как

это мгновенно нарушает ансамбль и вынуждает солиста остановиться.

Концертмейстер должен постоянно тренироваться в чтении с листа, с тем, чтобы

довести эти умения до автоматизма. Однако чтение с листа не тождественно разбору

произведения, ибо означает вполне художественное исполнение сразу, без подготовки.

Овладение навыками чтения с листа связано с развитием не только внутреннего слуха,

но и музыкального сознания, аналитических способностей. Важно быстро понять

художественный смысл произведения, уловить самое характерное в его содержании,

внутреннюю

линию

раскрытия

музыкального

образа;

необходимо

хорошо

ориентироваться в музыкальной форме, гармонической и метроритмической структуре

сочинения, уметь отделить главное от второстепенного в любом материале. Тогда

открывается возможность читать текст не «нота за нотой», а суммарно, крупными

звуковыми комплексами, так же, как протекает и процесс чтения словесного текста.

Трудно бывает тому пианисту, который судорожно цепляется за все ноты, безнадежно

пытаясь исполнить всю фактуру сложного сочинения. Решающим условием успеха

является способность расчленять фортепианную фактуру, оставляя лишь самую

минимальную основу фортепианной партии, быстро и четко представлять себе

главные изменения в пьесе – характера, темпа. тональности, динамики, фактуры и т.д.

«Прочтение

нотного

текста

должно

быть

одновременно

и

прочтением

музыкального содержания, заключенного в этом тексте» - подчеркивает Н. Крючков .

Для этого чтение должно вестись по музыкально-смысловым членениям, начиная от

простейших интонационных ячеек (мотивов, попевок), и кончая музыкальными

фразами, периодами и т.д. Пианист должен уметь быстро группировать ноты по их

смысловой принадлежности (мелодической, гармонической) и в такой связи их

воспринимать. Такое восприятие сразу же активизирует музыкальное мышление и

музыкальную память и дает этим импульс творческому воображению музыканта.

Введение в действие этих способностей в процессе восприятия нотного текста

является мощным фактором образования слуховых представлений, то есть первейшего

условия превращения нотных знаков в музыку.

При комплексном подходе к прочтению нового музыкального текста главной

задачей является правильное расчленение текста на комплексы звуков, образующих в

совокупности осмысленное сочетание. Единовременный охват таких сопряженных

звуков вызывает слуховое представление, которое закрепляется в музыкальной

памяти. Накопление в памяти слуховых представлений в дальнейшем ускоряет

процесс чтения с листа. Одной из наиболее распространенных форм типовых связей

является связь звуков в гармоническом плане и связь гармонических комплексов друг

с другом.

На этапах тренировки чтения аккомпанемента с листа эффективен прием сжатия

гармонической фактуры в аккордовую последовательность, чтобы более наглядно

представить логику и динамику ее развития. Последовательность полезно проиграть с

точным соблюдением длительности каждого аккорда, без повторений одного и того же

аккорда на метрических долях. При этом, подчас, обнаруживается интересный ритм,

образуемый сменой гармоний. После достаточной тренировки такие представления

возникают чисто мысленным путем, без предварительного проигрывания и являются

одним из важнейших условий быстрой ориентировки в тексте нового произведения.

Для чтения нотного текста, изложенного на трех и более нотных станах, (в вокальных

и инструментальных произведениях с сопровождением рояля) быстрое определение

гармонической основы составляет необходимое требование.

Для хорошей ориентировки в нотном тексте аккомпаниатор должен выработать

комплексное восприятие и в отношении мелодических связей. Мелодическое

движение быстрее воспринимается, если ноты мысленно группируются в соответствии

с их музыкально-смысловой принадлежностью. Образующиеся при этом слуховые

представления легко ассоциируются со зрительными представлениями клавиш и

мышечно-тактильными ощущениями. При повторной встрече с подобной интонацией

(восходящее, нисходящее, арпеджированное движение, опевание и др.) пианист ее

легко узнает и почти не нуждается во вторичном разборе. Единовременный охват

мелодических образований, начиная от простейших интонационных ячеек до

развернутых мелодий, особенно важен при прочтении полифонизированной ткани, что

встречается в аккомпанементах нередко.

При чтении аккомпанемента с листа, помимо умения расчленить фактуру

сочинения на составные гармонические и мелодические комплексы, важно ощутить

характерность, присущую различным композиторским стилям. Так, для Бетховена

типично построение тем и аккомпанемента на ходах по звукам аккордов и

диатоническим гаммам. В популярных романсах А. Бородина часто повторяются

поначалу непривычные в чтении с листа секундовые и квартовые сочетания в

гармонии. Трудно представить себе фактуру произведений Й. Брамса, в которой не

присутствовали бы терции и сексты. Раскрывая романс Брамса, концертмейстер может

предвидеть звуковые и аппликатурные сочетания, которые характерны для фактуры

этого

композитора.

Моцарта

отличает

кристальная

простота:

его

полифония

прозрачна, фактура ясна, ритм определенен, стабилен. Для С. Рахманинова характерна

густая

фактура,

обилие

подголосков,

сочетание

двух

восьмых

с

триолями,

выражающее состояние эмоционального напряжения. Контрастность подобного

сопоставления помогает ощутить стиль композитора. Чтобы овладеть композиторским

стилем и не быть застигнутым врасплох при игре с листа нового его сочинения,

пианисту нужно играть подряд много его сочинений.

Чтение с листа аккомпанемента – процесс еще более сложный, чем чтение

обычного двухручного изложения. Читающий с листа часть трехстрочной и

многострочной партитуры должен зрением и слухом следить за солистом или другими

исполнителями и координировать с ними свое исполнение. Поэтому для чтения с

листа аккомпанемента необходимо прежде всего овладеть навыками целостного

зрительного и слухового охвата всей трехстрочной партитуры, включая слово. Е.

Шендерович, исходя из многолетнего опыта работы в концертмейстерском классе,

предлагает поэтапную методику овладения навыком чтения аккомпанемента с листа.

Такой навык формируется из нескольких стадий постепенного охвата трехстрочной

партитуры:

Играются только сольная и басовая партии. Пианист приучается следить за

партией

солиста,

отвыкает

от

многолетней

привычки

охватывать

только

фортепианную двухстрочную партитуру.

Исполняется

вся

трехстрочная

фактура,

но

не

буквально,

а

путем

приспособления расположений аккордов к возможностям своих рук, иногда меняя

последовательность звуков, снимая удвоения. При этом сохраняется звуковой состав

аккордов и гармоническое развитие в целом.

Пианист внимательно читает поэтический текст, затем играет одну лишь

вокальную строчку, подпевая слова или ритмично их проговаривая. При этом надо

запомнить, в каких местах располагаются цезуры (чтобы певец взял дыхание), где

возникнут замедления, ускорения, кульминация.

Пианист полностью сосредотачивается на фортепианной партии; хорошо зная

аккомпанемент,

подключает

вокальную

строчку

(которую

поет

солист,

или

подыгрывает

другой

пианист,

подпевает

сам

аккомпаниатор,

воспроизводит

магнитофон).

Игра с листа нотного текста представляет собой одну из самых сложных форм

чтения вообще. Помимо напряженной деятельности зрения, в чтении активно

участвует

слух,

контролирующий

логику

музыкального

развития,

создающий

мысленное представление о ближайшем продолжении музыкального материала.

Возникший в сознании исполнителя звуковой образ требует немедленного реального

воспроизведения. Это достигается мобилизаций игрового аппарата. Таким образом,

задействуются

слуховые,

зрительные,

двигательные,

мыслительные

и

психологические процессы.

При

чтении

аккомпанемента

опытный

концертмейстер

знает,

что

в

первоначальном варианте часть украшений можно опустить, можно брать неполные

аккорды и не играть октавные удвоения, но недопустимы ритмически и гармонически

необходимых басовых нот. По мере развития навыков чтения с листа Фактурные

упрощения сводятся к минимуму.

Приступая к игре, аккомпаниатор должен смотреть и слышать немного вперед,

хотя бы на 1-2 такта, чтобы реальное звучание шло как бы вслед за зрительным и

внутренним слуховым восприятием нотного текста. Целесообразно использовать при

этом указанные в тексте паузы, и повторы фраз для подготовки к тому, что следует

дальше. Исполнение с листа всегда показывает степень слышания произведения

«внутренним слухом».

Все вышесказанное можно отнести к умению играть с листа как таковому. Но

задачи концертмейстера при чтении с листа аккомпанемента имеют еще и свои

специфические особенности, учитывая наличие солиста. Концертмейстер должен

быстро и точно поддержать солиста в его намерениях, создать единую с ним

исполнительскую концепцию произведения, поддержать в кульминациях, но вместе с

тем при необходимости быть незаметным и всегда чутким его помощником. Развитие

этих навыков возможно при развитом чувстве ритма и ощущении ритмической

пульсации, единой для всех участников ансамбля. При этом с увеличением числа

исполнителей (оркестр, хор), пианист становится организатором ансамбля, беря на

себя функции дирижера.

Для беглого чтения с листа аккомпанемента ансамблевых сочинений пианист

должен в совершенстве овладеть технически игрой различных типов фортепианной

фактуры, сделав эти занятия регулярными. Начинать следует с фигурационной

фактуры в виде разложенных аккордов (А.Даргомыжский. «Привет», «Мне грустно»).

Далее осваивается аккомпанемент аккордового склада, где аккорды располагаются на

сильной

доле

такта

(А.Даргомыжский.

«Эпитафия»,

«Восточный

романс»).

Аккомпанемент, включающий дублирующую вокальную партию голос, требует

особого

внимания,

поскольку

концертмейстеру

надо

учитывать

свободу

интерпретации вокальной партии солистом, моменты смены дыхания, возможные

отклонения,

вызванные

необходимостью

смысловых

акцентов

в

прочтении

литературного

текста

(А.Даргомыжский.

«Старина»,

«Русая

головка»).

Далее

изучается фактура с аккордами сопровождения. расположенными на слабой доле такта

(А.Даргомыжский. «Как мила ее головка»). Добившись усвоения однотипной

фактуры, можно обратиться к сочинениям с различными комбинациями типов

фактуры и к сложным полифонизированным типам фактуры.

Довольно часто можно встретить случаи, когда авторский вариант записи

фактуры оказывается не особенно удачным или неудобным для исполнения. Такие

эпизоды чаще встречаются в сочинениях с аккордовой и полифонической фактурой.

Иногда партия аккомпанемента является не удачным переложением (клавиром)

оркестровой

партитуры.

В

этих

случаях

концертмейстер

должен

проявить

максимальную находчивость, мобильность и рационализовать фактуру, что облегчит

ему процесс чтения нот. Это относится и к таким простым случаям, когда два голоса

записаны на одном нотоносце из-за тесного регистрового расположения, но играть

удобнее двумя руками к примерам, менее однозначным.

Так, в фортепианном вступлении романса Чайковского «Как над горячею золой»

авторский фактурный вариант оказывается удобным далеко не для всяких рук .

Представляются возможными иные варианты распределения материала между руками,

которые стабильнее и легче выучиваются , в). Любые фактурные изменения должны

осуществляться пианистом с полным пониманием смысловых и стилистических задач

и основываться отнюдь не только на стремлении к удобству.

Транспонируя аккомпанемент к несложным романсам, пианисту не обязательно

стремиться сыграть буквально всю фактуру, надо отобрать лишь ее главные

компоненты. Допустима некоторая свобода (импровизационность) при сохранении

гармонической основы, ритмической структуры и, главное, обязательном сохранении

линии баса. Пример подобных «вольностей» в аккомпанементе при транспонировании

можно представить на фактуре романса А. Даргомыжского «Мне грустно» .

Концертмейстеру школы искусств, помимо чтения с листа, совершенно

необходимо умение транспонировать музыку в другую тональность. Умение

транспонировать

входит

в

число

непременных

условий,

определяющих

его

профессиональную

пригодность.

В

вокальном

или

хоровом

классе

ДШИ

концертмейстеру нередко могут предложить сыграть аккомпанемент не в той

тональности,

в

которой

напечатаны

ноты.

Это

объясняется

тесситурными

возможностями голосов, а также состоянием голосового аппарата детей на данный

момент. Для успешного аккомпанемента в транспорте пианист должен хорошо

усвоить

курс

гармонии

и

иметь

навыки

исполнения

гармонических

последовательностей на фортепиано в различных тональностях. Необходимо также

практическое знание аппликатурных формул диатонических и хроматических гамм,

арпеджио, аккордов.

Основным

условием

правильного

транспонирования

является

мысленное

воспроизведение пьесы в новой тональности. В случае транспонирования на полутон,

составляющий интервал увеличенной примы (например, из до минора в до-диез

минор), достаточно мысленно проставить другие ключевые знаки и произвести по

ходу исполнения подмену случайных знаков.

Транспонирование на интервал малой секунды в некоторых случаях можно

представить как переход в тональность, смешенную на увеличенную приму

(например, переход из до мажора в ре–бемоль мажор, который мыслится пианистом

как до-диез мажор). На интервал секунды транспонировать труднее, так как

обозначение читаемых нот не соответствует их реальному звучанию на клавиатуре. В

данной

ситуации

решающую

роль

приобретает

внутреннее

слышание

транспонируемого произведения, ясное осознание всех модуляций и отклонений,

функциональных смен, структуры аккордов и их расположения, интервальных

соотношений и взаимосвязей - как по горизонтали, так и по вертикали.

В процессе транспонирования с листа нет времени для мысленного перевода

каждого звука на тон ниже или выше. Поэтому огромное значение приобретает умение

аккомпаниатора

мгновенно

определять

тип

аккорда

(трезвучие,

секстаккорд,

септаккорд в обращении и т.п.), его разрешение, интервал мелодического скачка,

характер тонального родства и т. д.

Тренировка навыков транспонирования проводится обычно в следующей

последовательности: сначала на интервалы увеличенной примы, затем на интервалы

большой и малой секунды, потом на терцию. Транспонирование с листа на кварту

чрезвычайно сложно и на практике редко встречается.

При транспонировании на терцию может быть использован облегчающий прием,

состоящий в следующем. Если транспонируешь на терцию вверх, то все ноты

скрипичного ключа читаются так, как если бы они были написаны в басовом, но с

обозначением «на две октавы выше». А при транспонировании на терцию вниз все

ноты басового ключа читаются так, как если бы они были написаны в скрипичном, но

с обозначением «на две октавы ниже».

Метод

использование

малоизвестных

для

пианистов

ключей

«До»

при

транспонировании неэффективен. Самым верным из всех Е. Шендерович считает

«метод

интервального

перемещения»

.

Каждый

пианист

в

течение

своей

исполнительской

практики

привыкает

автоматически

переводить

зрительные

ощущения в мышечные. Видя октаву или трезвучие, он ставит руку в нужное

положение и берет их определенной стандартной аппликатурой. Важно только

осознавать эти элементы, и надобность переводить каждую ноту в новое значение

отпадает.

При транспонировании знакомого уже произведения, как и при чтении с листа

важно, прежде чем начать игру, отчетливо представить себе звучание произведения

(хотя бы в основной тональности), внутреннюю логическую схему его развития,

линию мелодико-гармонического движения. Важно мысленно очутиться в новой

тональности, вспомнить, как строятся в ней основные аккорды (на клавиатуре). Нужно

видеть и слышать не отдельные изолированные звуки, а их комплексы, гармонический

смысл, функцию аккордов.

Значительно облегчает транспонирование способность следить в первую очередь

за партией солиста и одновременно за движением баса (нижнего голоса фортепианной

партитуры). Концертмейстер с хорошим гармоническим слухом, представляя развитие

мелодии солиста, не буде ошибаться в ведении басовой линии. Этот прием ускорит

приближение желанной цели: схватывать в новой тональности сразу четыре (включая

словесную)

строчки

партий

солиста

и

фортепиано.

Несомненно,

быстрота

ориентировки в новой тональности достигается скорее теми, кто любит и умеет

подбирать по слуху, импровизировать. Им легче предвидеть ход музыкального

развития, догадаться о тех элементах фактуры, которые не успели заметить и осознать.

При освоении навыков транспонирования свое полезное действие окажет

комплексное восприятие разных типовых связей нотного текста (секвенционных

последовательностей, движения звуков параллельными интервалами, мелодических

образований

по

типу

мелизмов

и

др.).

При

транспонировании

незнакомого

аккомпанемента очень важен этап предварительного просмотра нотного текста, во

время которого пианисту надо постараться мобилизовать свои аналитические

способности и услышать музыку внутренним слухом.

Навыки подбора по слуху и импровизации

Специфика

работы

концертмейстера

в

школе

искусств

предполагает

желательность, а в некоторых случаях и необходимость обладания такими умениями,

как подбор подбор на слух сопровождения к мелодии, элементарная импровизация

вступления,

отыгрышей,

заключения,

варьирование

фортепианной

фактуры

аккомпанемента при повторениях куплетов и т.д. Такие умения понадобятся в

вокальном классе, когда при разучивании народных и популярных детских песен не

имеется нот с полной фактурой (классический вокальный репертуар исключает

широкое

использование

импровизации).

Концертмейстер

ДШИ,

как

правило,

участвует

в

многочисленных

культурно-воспитательных

мероприятиях

школы

(праздничные огоньки, вечера, юбилеи школы и т.п.), где ему приходится

аккомпанировать на слух мелодиям неклассического репертуара, играть импровизации

к театрализованным сценкам. Эта деятельность составляет часть профессиональных

обязанностей концертмейстера и вписывается в план воспитательной работы учебного

заведения. Наконец, концертмейстеру хореографического класса умение играть по

слуху, дает возможность освободить внимание (оторвать глаза от нот) для того, чтобы

держать в поле зрения танцоров. При наличии противоречия между игрой по нотам и

необходимостью постоянного зрительного контроля за поющим и двигающимся

коллективом

(на

эстетическом

отделении,

в

подготовительных

группах)

концертмейстер

облегчает

себе

задачу,

аккомпанируя

по

слуху,

частично

импровизируя авторский и собственный вариант сопровождения, что освобождает его

от сковывающей привязанности к нотному тексту. Умение импровизировать

музыкальные вставки, вступления и заключения (для моментов выхода, перестройки

танцевальной группы, смены позиций и т.д.) в характере и жанре исполняемого

сопровождения

совершенно

необходимо

для

успешного

проведения

занятий

хореографии.

Автор работы не ставит в данном параграфе задачу подробного освещения

методики овладения навыками импровизационного аккомпанирования на фортепиано

по слуху и затрагивает лишь самые общие аспекты данной темы. Эта проблема до

настоящего времени остается мало изученной и составляет тему отдельного

исследования.

Частично

вопросы

практического

обучения

фортепианной

импровизации рассматриваются в работах А. Маклыгина и Г. Шатковского,

обратившись к которым интересующийся пианист может постичь основы творческого

музицирования.

Специфика концертмейстерской работы на занятиях в ДШИ требует от

концертмейстера мобильности, гибкого отношения к исполняемой фактуре, умения

пользоваться ее удобными вариантами, аранжировкой. «Способность подбирать

сопровождение, аккомпанировать по слуху предполагает наличие у концертмейстера

импровизационных умений» - подчеркивает в своей статье И. Крюкова. Подбор

аккомпанемента по слуху является не репродуктивным, а творческим процессом,

особенно

если

концертмейстер

не

знаком

с

оригинальным

нотным

текстом

подбираемого сопровождения. В этом случае он создает собственный вариант

фактуры, что требует от него самостоятельных музыкально-творческих действий.

Гармонизация мелодий по слуху, в отличии гармонизации как способа решения

задач по курсу гармонии, - практический навык, требующий свободы построения и

комбинирования на инструменте аккордовых структур и владения основными

фактурными

и

ритмическими

формулами

сопровождения.

Психологическими

предпосылками формирования гармонизации по слуху являются внутри-слуховые и

мыслительно-аналитические процессы. Суть первых – в произвольном оперировании

гармоническими представлениями, в создании обобщенного гармонического образа

вокальной или инструментальной мелодии. Для успешного подбора гармонии к

мелодии необходима достаточная степень автоматизации внутри слуховых процессов

(сенсорные навыки).

Конкретное

фактурное

оформление

подбираемого

и

импровизируемого

сопровождения должно отражать два главных показателя содержания мелодии – ее

жанр

и

характер.

Концертмейстер

должен

освоить

фактурные

формулы

сопровождения мелодий, имеющих ярко выраженный жанровый характер (марш,

вальс, полька, баркарола и др. танцы, лирическая песня и т.п.). Неоспоримой основой

сопровождения многих медленных протяжных, а также маршевых мелодий является

аккордовая вертикаль, песен-полек – традиционная формула «бас-аккорд». При

отсутствии в мелодиях легко определяемых признаков указанных жанров (подвижных,

шуточных, энергичных, с национальным колоритом, джазовых) акцент должен быть

сделан на выявлении их характера путем конкретного фактурного оформления

сопровождения. В этих случаях допускается большая вариантность в выборе формул

фактуры и их ритмического оформления. В выявлении жанра и характера мелодии

большую роль играет ритмизация фактурных формул (например, синкопированные

ритмы в мелодиях джазового и эстрадного плана).

Показателем художественного качества аранжировки является также умение

комбинировать при необходимости формулы фактуры в одной и той же пьесе (сменить

фактурную формулу в припеве, втором эпизоде). Концертмейстер должен также в

совершенстве овладеть навыком дублирования вокальной мелодии фортепианной

партией. Этот требует значительной перестройки всей фактуры и часто требуется в

работе с маленькими вокалистами, еще не имеющими устойчивой интонации, и на

этапе разучивания песен и вокализов.

Импровизация аккомпанемента по слуху, в отличие от аранжировки нотного

оригинала, является одноразовым исполнительским процессом и осуществляется

после обязательной мысленной подготовки. Творческие процессы в ходе мысленной

подготовки протекают без опоры на исполнительские пробы реального звучания.

Согласно данным музыкальной педагогики, такого рода творческая работа «в уме»

относится к высшим проявлениям внутреннеслуховых способностей. Поэтому

предполагается наличие у концертмейстера хорошо развитого мелодического, и

особенно гармонического внутреннего слуха.

IV. Работа концертмейстера с учащимися различных специальностей.

В вокальном классе

В

обязанности

пианиста-концертмейстера

вокального

класса,

помимо

аккомпанирования певцам на концертах, входит помощь учащимся в подготовке

нового репертуара. В этом плане функции концертмейстера носят в значительной мере

педагогический характер. Эта педагогическая сторона концертмейстерской работы

требует от пианиста, помимо фортепианной подготовки и аккомпаниаторского опыта,

ряда специфических знаний и навыков, и в первую очередь умения корректировать

певца, как в отношении точности интонирования, так и многих других качеств

исполнительства.

При этом резко повышается роль внутреннего слуха в концертмейстерской

работе. «Мысленное представление интонации у концертмейстера должно быть очень

прочным, чтобы получить значение незыблемого критерия звука певца при его

ошибках в интонировании» - справедливо отмечает Н. Крючков. Работая с

вокалистом, концертмейстер должен вникнуть не только в музыкальный, но и в

поэтический текст, ведь эмоциональный строй и образное содержание вокального

сочинения раскрываются не только через музыку, но и через слово.

Разучивая с учеником программное произведение, концертмейстер наблюдает за

выполнением певцом указаний его педагога по вокалу. Он должен следить за

точностью воспроизведения певцом звуковысотного и ритмического рисунка мелодии,

четкостью дикции, осмысленной фразировкой, целесообразной расстановкой дыхания.

Для этого концертмейстер должен быть знаком с основами вокала – особенностями

певческого дыхания, правильной артикуляцией, диапазонами голосов, характерными

для голосов тесситурами, особенностями певческого дыхания и т.д.

В процессе работы с певцом концертмейстер должен учитывать, от точно

найденной фортепианной звучности порой зависит и звучание сольной партии.

Например, грубый, стучащий звук аккомпанемента вызывает форсирование звука

вокалистом,

мягкое

«пение»

фортепиано

приручает

солиста

к

правильному

звуковедению, оберегает его от «крика».

Начиная работу с учашимся-вокалистом, концертмейстер должен вначале

представить ему возможность услышать произведение в целом. Для этого пианист

либо интонирует голосом вокальную партию, аккомпанируя себе, либо воспроизводит

вокальную партию на фортепиано вместе с аккомпанементом. При этом можно

поступиться деталями фактуры. Произведение лучше исполнить несколько раз, чтобы

ученик с первого же урока понял замысел композитора, основной характер, развитие,

кульминацию. Важно увлечь и заинтересовать певца музыкой и поэтическим текстом,

возможностями их вокального воплощения. Если юный певец еще не обладает

навыками сольфеджирования по нотам, пианист должен сыграть ему мелодию песни

или романса на фортепиано и попросить воспроизвести ее голосом. Для облегчения

этой работы всю вокальную партию можно разучивать последовательно по фразам,

предложениям, периодам.

В процессе работы над произведением нельзя отделять работу над точным

воспроизведением нотного текста от проникновения в сущность музыкального образа.

Руководствуясь принципом индивидуального подхода к каждому исполнителю, нельзя

обозначить единый план ведения занятия, одинаково пригодный для всех учащихся.

Пианист должен помнить, как ученик пел в классе на уроке у педагога, как прошел

предыдущий урок у концертмейстера и исходя из этого, продумать заранее, над чем

именно лучше поработать на следующем занятии. В случае прихода на урок ученика в

утомленном или не совсем здоровом состоянии, понадобится на ходу менять задачу,

выбирая направления, не требующие большой вокальной нагрузки.

Занятия строятся по-разному в зависимости от способностей певца, строения

певческого аппарата, если ученик не пел в этот день, то полезно его распеть

несколькими упражнениями, которые давал в классе педагог и которые всегда знает

концертмейстер. Можно спеть несколько вокализов или совместить и то, и другое.

Иногда работа над произведением на занятии начинают по отдельным кускам, но

часто бывает целесообразно сначала дать возможность ученику исполнить все

произведение целиком (независимо от того, как он споет), после чего указать ему на

главные ошибки, добиться их устранения, а затем снова повторить целиком уже в

исправленном виде.

Если вокалист творчески активен, то можно пройти за одно занятие несколько

произведений.

Количество

зависит

от

уровня

их

сложности

и

от

степени

завершенности работы над ними, а также от терпения и внимания учащегося,

состояния его певческого аппарата, к которому надо относиться очень бережно.

Иногда весь урок можно посвятить одному произведению, что приносит подчас

больше пользы, чем работа над всей заданной программой.

Не следует в течение всего урока заниматься только исправлением фальшивых

нот. Неточная интонация у певца может зависеть от многих причин, связанных не

только

со

слухом,

но

и

с

отсутствием

определенных

вокальных

навыков.

Недостаточно

высокая

позиция

звука,

широкая

гласная,

ослабленное

или

форсированное дыхание, а иногда и физическое состояние певца в день урока – все это

причины, наиболее часто приводящие к интонационной неточности. Опытный

концертмейстер всегда сумеет распознать причины подобных ошибок и обратит на

них внимание певца. В случаях, не зависящих от чисто технических причин,

концертмейстеру приходится находить разные способы устранения фальшивых нот:

показывать гармоническую опору в аккомпанементе, связь с предыдущими тонами и

др. Таких способов много, в каждом произведении можно найти себе музыкальных

«помощников» для устранения фальши и для скорейшего запоминания мелодии.

Подробно на способах разучивания концертмейстера с певцом интонационно и

ритмически

трудных

мест

мелодии

останавливается

известный

педагог

и

концертмейстер Е. Шендерович.

Одной

из

серьезных

проблем

для

начинающего

певца

часто

является

ритмическая сторона исполнения. Он еще недостаточно осознает, что ритмическая

четкость и ясность определяет смысл и характер музыки.

Воспринимая мелодию на слух, певец порой приблизительно поет ритмически

сложные места. Концертмейстеру необходимо на уроках отучать ученика от

небрежного отношения к ритму, обратив внимание на художественное значение того

или иного момента. Например, необходимо не только говорить: «Здесь точка, выдержи

ее», - но и объяснить цель этой точки в связи со словом, ее музыкальное назначение,

чтобы точки, паузы, ферматы стали для певца необходимой принадлежностью

исполняемой музыки, средствами ее выразительности.

Если ученик не сразу полностью воспринимает сложный ритмический рисунок,

он обязательно должен считать вслух или про себя, а не только запоминать музыку на

слух. Привычка запоминать на слух, без сознательного анализа, часто подводит. Для

лучшего освоения ритмической стороны иногда полезно дирижировать, чтобы

почувствовать

сильную

долю

такта,

основной

пульс

произведения,

добиться

ритмической

ровности.

Наиболее

часто

приходится

высчитывать

места,

где

сочетаются дуоли в вокальной строчке и триоли в сопровождении. Пианист должен

помочь певцу расчленить пассажи из мелких длительностей на группы, чтобы он

почувствовал внутренние точки опоры, ритмическую организованность мелодики, а

также разобраться во всех интонационных изгибах.

Концертмейстер предостерегает начинающего певца от бессмысленных жестов

во время пения. Лишние движения у певца легко превращаются в привычку и выдают

его физическую (вокальную) скованность и напряженность. Жестикуляцию может

себе позволить лишь большой артист, умеющий оправдать жестом внутреннее

состояние, и чем она будет сдержаннее, тем уместнее и выигрышней для солиста.

Концертмейстер

следит

за

выполнением

данных

педагогом

установок

правильного, не поверхностного дыхания, что очень помогает пению кантилены.

Кроме того, идет работа над протяженностью гласных. Как говорил Шаляпин,

«гласные – душа пения», «гласные – река, согласные – ее берега»*. Солист должен

пропевать гласную до последнего момента, а примыкающую к ней согласную

относить мысленно к следующей гласной, тогда все слоги будут начинаться с

согласной, но не кончаться ими. Такая тренировка очень помогает пению legato, хотя

на первых порах дикция от этого несколько страдает, так как в дикции большая роль

отводится согласным. Но через этот процесс ученик должен пройти. Когда он

научится петь, не пропуская ни одной «не пропетой» гласной, то сможет больше

внимания обращать на согласные, которые больше не будут «рвать» кантилену, а

станут украшать ее. Стремясь к логическим точкам опоры, певец невольно объединяет

звуки, ведет их к более важным в смысловом отношении нотам и словам.

Очень важно умение петь legato на фоне стаккатного аккомпанемента, когда

певец как бы противопоставляет свое горизонтальное звуковедение партии рояля. При

плавном, певучем аккомпанементе слияние одинаковых намерений помогает певцу,

облегчает его задачу.

Концертмейстер под руководством педагога учит певца правильно распределять

силу звука на протяжении всей песни или романса. Начинающие вокалисты порой

думают, что чем громче они поют, тем красивее звучит их голос. Концертмейстер

должен напоминать ученику, какой выразительности он может добиться, разнообразя

силу и окраску звука, насколько он при этом сбережет свой голос. Для начинающего

вокалиста пение piano представляет немалую сложность. С этим нюансом нужно

обращаться осторожно: если и сбавлять силу звука, то немного, так как это часто

приводит к мелкому дыханию, к пению «без опоры». Ученик еще не достаточно

опытен, чтобы петь одновременно и на дыхании, и piano. Но относительное

распределение звучания, безусловно, необходимо. Следует объяснить ученику, как

постепенно готовить кульминацию, как опасно петь на динамическом пределе в

низком и среднем регистрах – тяжелая середина ведет к усталости, к менее ярким и

затрудненным для певца верхним тонам, не говоря уже о том, что кульминация на

верхних нотах от этого проигрывает (слушатель устает от однообразного громкого

пения).

Типичная ошибка молодых певцов - петь последний звук фразы или слова –

громко, не смягчая его, хотя это часто неударный слог, слабая доля. Конечно, это

неграмотно, и за этим недостатком концертмейстер также должен непрерывно

следить.

Особенность вокальной литературы – наличие словесного текста. В работе над

текстом, прежде всего надо почувствовать его основное настроение. Уже потом, в

процессе дальнейшей работы выявляются отдельные значительные фразы или слова,

но их не должно быть слишком много, иначе они могут отвлечь внимание от музыки,

сделать ее вычурной, неестественной.

Часто ученик, увлекшись текстом, начинает из-за этого меньше внимания

уделять собственно вокалу. Получается полупение– полудекламация, что приводит к

неправильному толкованию музыкальной фразы. Ведь в работе над фразировкой надо

в первую очередь исходить из смысла и характера музыки, а не текста. Последнее

особенно важно, если произведение исполняется в переводе, так как при этом могут не

совпадать словесные и музыкальные опоры.

Встречается и обратное. Увлекшись музыкой, ученик недооценивает работу над

текстом. В результате он забывает слова в самых неожиданных местах. Таким

ученикам надо рекомендовать сознательно учить текст отдельно от музыки, а не

запоминать его по инерции вместе с мелодией.

Нередко учащийся хорошо вокализует, поет как будто правильно, но слова

получаются тусклые, невыразительные. Одна из причин этого – плохая дикция.

Работать над ней нужно на каждом занятии. ученик должен прислушиваться к тому,

как он произносит слова, особенно согласные звуки – именно они чаше бывают

вялыми, невнятными. Но бывает и другое: слова хорошо слышны, но все равно не

интересны, ибо слово не окрашено мыслью, существует как бы вне общего

содержания произведения. Педагог и концертмейстер должны разбудить у ученика

воображение,

фантазию,

помочь

ему

проникнуть

в

образное

содержание

произведения, использовать выразительные возможности слова, не только хорошо

произнесенного, но и «окрашенного» настроением всего произведения.

Работа

над

текстом

неразрывно

связана

с

работой

над

правильным

произношением гласных. В одних случаях вокалист до такой степени стремится петь в

одном звуковом фокусе с излишне округленными гласными, что совершенно

нивелирует их, лишает индивидуальности, фонетической определенности и тем самым

обесцвечивает слово; в других случаях он произносит так называемые плоские

гласные (особенно а, а), которые более свойственны народной манере пения. Обе

крайности устранить порой бывает нелегко.

Необходимо, чтобы с помощью педагога, а затем и концертмейстера ученик

следил за красотой и богатством звучания слова, чтобы гласные не были «пестрыми»

(то есть произнесенными в разной вокальной манере) и в то же время сохранили

каждая в отдельности свою индивидуальную окраску.

На концертмейстера возлагается ответственная задача – ознакомить ученика с

различными музыкальными стилями, воспитать его музыкальный вкус. Эту миссию он

выполняет и через высокохудожественное исполнение аккомпанемента, и через

профессиональную работу на этапах разучивания произведения с солистом.

Установить творческий, рабочий контакт с вокалистом нелегко, но нужен еще и

контакт чисто человеческий, духовный. Поэтому в работе концертмейстера с

вокалистом необходимо полное доверие. Вокалист должен быть уверен, что

концертмейстер правильно его «ведет», любит и ценит его голос, тембр, бережно к

нему относится, знает его возможности, тесситурные слабости и достоинства. Все

певцы, а юные в особенности, ждут от своих концертмейстеров не только

музыкального мастерства, но человеческой чуткости.

Е.

Кубанцева

выделяет

несколько

этапов

работы

концертмейстера

над

аккомпанементом вокального сочинения :

Предварительно зрительное прочтение нотного текста. Музыкально-слуховое

представление.

Первоначальный анализ произведения, проигрывание целиком - с совмещением

вокальной и фортепианной партий.

Ознакомление с данными о творческом пути композитора, его стиле, о жанрах, в

которых он работал.

Выявление стилистических особенностей сочинения.

Отработка на фортепиано эпизодов с различными элементами трудностей.

Выучивание своей партии и партии солиста.

Анализ вокальных трудностей.

Постижение художественного образа сочинения. Составление исполнительского

плана.

Правильное определение темпа. Нахождение выразительных средств, создание

представлений о динамических нюансах.

Проработка и отшлифовка деталей.

Репетиционный процесс в ансамбле с солистом.

Воплощение музыкально-исполнительского замысла в концертном исполнении.

В практической работе с вокалистами концертмейстеру ДШИ приходится

встречаться с самым разнообразным по характеру репертуаром. Далее приводятся

краткие исполнительские анализы нескольких контрастных в стилевом и образном

отношении вокальных сочинений из учебного репертуара (старшие классы) школы

искусств. Исполнительский анализ – обязательный этап работы концертмейстера,

осуществляемый им на начальных этапах работы над вокальным сочинением.

М.И. Глинка. «Ах ты, душечка, красна девица».

Песня на народные слова написана в 1826 году в Новоспасском. Автор слов не

указан, поэтому можно предположить, что текст составлен Глинкой из поэтических

оборотов, часто встречающихся в русских народных песнях. Произведение передает

спокойный характер, музыка проникнута настроением мечтательности и задумчивости

. В аккомпанементе строгая гармоническая поддержка вокальной мелодии. Лишь в

предпоследнем такте в аккомпанемент вкрапливается мелодия, имитирующая партию

вокалиста.

Сочинение написано для женского голоса. Диапазон партии солиста рабочий,

тесситура удобная. Размер ¾ придает произведению плавный, напевный характер.

Дыхание берется перед началом каждой новой фразы. Способ звуковедения – legato в

солирующей партии, legato и non legato – в сопровождении. Фактура – гомофонно-

гармоническая.

Чаще вокальные произведения начинаются с фортепианного вступления, здесь

же мы встречаемся с одновременным звучанием двух партий с первого такта. Перед

концертмейстером стоит задача точно и четко показать вступление певцу. Оно должно

быть слаженным, поэтому первый звук нужно сыграть и спеть активно.

Главной сложностью для исполнителей является достаточно медленный темп.

Сложность исполнения вокальной партии усугубляется тем, что аккомпанемент

написан аккордами, из-за чего создается впечатление некоторой сухости звучания.

Особое внимание в работе следует уделить точному интонированию мелодической

линии в партии солиста.

Произведение звучит в основном на piano. В 14-м такте на слове «жди»

композитор указывает sforzando на самой высокой ноте в вокальной партии. В данном

случае концертмейстеру необходимо сделать небольшой люфт перед взятием аккорда,

и, тем самым, облегчить пение солиста, дав ему возможность взять дыхание.

Далее, в предпоследней фразе «ты не жди к себе друга милого», на слове

«милого» происходит смена динамики на Forte, это влечет за собой изменения в

характере исполнения. Звучание становится более тревожным, устремляется вперед.

Затем в 21-м такте вновь резко меняется динамика с Forte на два piano в обеих

партиях. Музыкальная ткань в сопровождении становится уплотненной. В этот

момент, на слове «ты», пианист должен постараться как можно быстрее проиграть все

аккорды своей партии, чтобы помочь вокалисту протянуть ноту «ре» на протяжении

двух тактов и беспрепятственно исполнить нисходящую гамму.

Завершающие такты произведения отведены партии фортепиано.

В сопровождении имитируется последняя фраза вокалиста. Песня заканчивается

очень тихо, в мягком и спокойном характере.

Особую трудность в сочинении представляют скачки в вокальной партии на

малую сексту вверх и вниз. Здесь аккомпаниатору следует поработать над четкостью

взятия пауз, над умелым применением люфтов, над ритмическими оттяжками и

сдвигами. Но при этом нельзя забывать о сохранении единого темпа.

П.И. Чайковский. «Скажи, о чем в тени ветвей».

В творчестве Чайковского вокальные сочинения занимали большое место. Его

романсы разнообразны по тематике. Романс «Скажи, о чем…» написан в 1884 году,

относится к жанру любовной лирики. Композитор посвятил его известному русскому

певцу и вокальному педагогу Ф. Комиссаржевскому, отцу драматической актрисы

В.Комиссаржевской. Автор тонко передает искренние чувства человека. Развитие

светлой и лиричной мелодии связано с поэтическим текстом произведения . Несмотря

на скачки в вокальной партии, характер мелодии мягкий и плавный.

Динамика весьма разнообразна (от двух piano до forte). Волнообразные

нарастания и спады требуют от пианиста тонкости исполнения. На словах «когда

услышал ты» начинается постепенное crescendo , переходящее в forte – кульминацию

романса «Слова, слова любви!».

Гармония произведения красочна. Помимо главных функций использованы

аккорды побочных ступеней. Фактура – смешанного типа (гармоническое и

гомофонно-гармоническое

письмо

сочетается

с

элементами

имитационной

полифонии). Основная тональность произведения E-dur. На словах «знакомо всем и

вечно ново? Любовь» происходит модуляция в fis-moll. На протяжении всего

сочинения имеются еще несколько кратковременных отклонений, заканчивается

романс в основной тональности. Пианисту следует в замедленном темпе поучить

технически сложные моменты , обратить внимание на метроритмическую точность

исполнения Октавы надо исполнять без лишних движений, как бы «скользя» по

клавиатуре, но выделяя при этом верхний голос .

Камнем преткновения для исполнителей будет темп, постоянно меняющийся в

романсе.

Л. ван Бетховен. Майская песня (Mailied).

Несмотря на то, что в вокальной лирике Бетховен не достиг тех высот, что

Шуберт, отдельные его вокальные миниатюры принадлежат к изюминкам этого

жанра, исполнены красоты и выразительности. Именно к таким и принадлежит

«Майская песня». Песня очаровательна и трогательна .

В указанном автором темпе Allegro пьеса длится всего полторы минуты, но за

это время пропевается немалый материал. Фактура - на первый взгляд, - прозаична и

даже простовата . Ее надо играть очень легко; малейшее замедление темпа и

утяжеление характера превратит очаровательную песенку в торжественный гимн. В

быстром темпе певцу петь нелегко. К тому же слова должны звучать очень ясно, а

дыхание в первых двух строфах берется всего дважды. Поэтому, лучше будет

исполнять с ощущением, что в такте один, а не два пульса (доли), то есть мыслить

крупнее, чтобы музыка лилась стремительным потоком. Солистка (сопрано) должна

все время петь на legato, но при этом сохранять хорошую дикцию. Чувство того, «как

прекрасно жить на свете», особенно отчетливо звучит в фортепианной интерлюдии ,

где в верхнем регистре слышно как бы птичье чириканье, и показательны внезапные

forte и piano . С такта 108, чтобы помочь певице сохранить текучесть, аккомпанемент

идет на staccato. Поскольку динамика соответствует piano, а темп достаточно высок,

пианисту следует поднимать реки как можно выше. Этот прием в сочетании с отказом

от педали обеспечивает обособленность, наэлектризованность каждого аккорда.

Никакие rallentando в данной песне немыслимы.

Русская народная песня «выйду на улицу».

Сочинение принадлежит кj второй половине ХVIII века жанру песни-романса с

типичным для него лирическим содержанием в духе городской песни. Вступление

представляется развернутым и очень праздничным, немного игривым. Перед

вступлением певца аккорд пианисту лучше взять в виде глиссандо или арпеджио.

Первый

куплет

звучит

под

очень

яркий,

мощный,

завораживающий

аккомпанемент полнозвучных аккордов и дальних басов, с использованием большого

клавиатурного пространства. Аккомпанемент во всей песне акцентированный, с

имитацией быстрых наигрышей на гармошке (в правой руке). В этой песне

представляется начать первый куплет медленно, широко, тяжело, затем, постепенно

ускоряя перейти к быстрому движению, родственному русской пляске. В то же время

в разных куплетах надо оттенить характер, идущий от текста (3-й куплет – «пятки

горят», четвертый – «соловушек поет» и т.д.).

Проигрыш между куплетами представляется сначала очень ярким, подвижным,

затем очень тихим, легким, игривым, затем снова очень ярким, с опаздывающими на

сильную долю (синкопированными) аккордами в правой руке. В таком же ключе

должен звучать аккомпанемент (то с синкопами, то без них) на заключительной ноте

певца.

Некоторые

из

указанных

приемов

разительно

отличаются

от

приемов

аккомпанемента

камерно-вокальной

классики,

что

совершенно

необходимо

и

естественно, исходя из стилевых и жанровых особенностей данного произведения.

Являясь помощником педагога-вокалиста, концертмейстер не только учит с

учеником репертуар, но и помогает ему усваивать указания педагога. Чем больше

работает концертмейстер в классе одного педагога, тем прочнее устанавливается

между ними взаимопонимание, даже «рабочая терминология» у них становится общая.

Концертмейстеру на уроке надо быть в подтянутом, творческом состоянии, не

допускать игры недоученных произведений, благожелательно и добросовестно

заниматься с любым учеником-вокалистом, независимо от его способностей.

На занятиях хора

Работа концертмейстера с детским хором значительно отличается от занятий с

вокалистами. Пианист должен овладеть навыками общения с младшим и старшим

хоровыми коллективами. Он должен уметь показать хоровую партитуру на

фортепиано, уметь задать хору тон, понимать такие приемы как цепное дыхание,

вибрато, выразительная дикция и др. Именно концертмейстер помогает дирижеру в

распевании участников хора, предлагая различные виды упражнений, а также

способствует формированию вокально-хоровых навыков, задавая четкий ритм работы.

Подчеркнем, что не только от дирижера, но от профессионализма аккомпаниатора

зависит правильность выбора упражнений для распевания хора. Пианисту необходимо

постоянно следить за жестами дирижера, поэтому он обязан знать основы

дирижерской техники и уметь играть «по руке» дирижера. Важным моментом в работе

концертмейстера является умение трансформировать звучание музыки в зависимости

от жестов дирижера, порой даже наперекор логике исполнения произведения.

На занятиях хора концертмейстеру (на этапах разучивания репертуара) иногда

нужно показать звучание отдельных фрагментов музыки, проигрывая все или

отдельные голоса хоровой партитуры. Здесь не обойтись без навыков беглого чтения

хоровой партитуры с листа, а также без умения совместить хоровую партитуру с

аккомпанементом в исполняемом произведении. В процессе такой игры следует

добиваться выразительности, создавая образец исполнения для участников хора. Через

показ на инструменте аккомпаниатор обращает внимание на чистоту интонирования,

характер звучания, фразировку, ритм.

При первом исполнении хорового сочинения на фортепиано пианист должен

увлечь

и

заинтересовать

хористов.

Ему

следует

точно

передать

авторский

музыкальный текст, создать целостный художественный образ, взять нужный темп,

верно распределить кульминации, агогику и др. Играть партитуру нужно так, чтобы

максимально приблизить звучание инструмента к хоровой звучности. Показывая

хоровую партитуру, концертмейстер обязан подчиняться основным вокально-хоровым

законам (певучесть, плавное голосоведение, исполнение цезур, штрихов, соблюдение

цезур для взятия дыхания и т.д.). Это поможет хористам понять сущность нового

произведения.

Особенности учебного процесса в школе таковы, что отдельные занятия

концертмейстер проводит с хоровым коллективом без дирижера. При этом пианист

должен учитывать такие моменты, как степень знания хористами музыкального

материала, диапазон партий, особенности дыхания, интонационные трудности

сочинения и методы их преодоления, степень развития слуховых и певческих данных

детей, их музыкального мышления, художественного воображения и др.

Музыкальные образы, которые слышит концертмейстер внутренним слухом, он

в какой-то степени делает видимыми. Неверное движение головы или любой другой

необоснованный жест аккомпаниатора может вызвать ошибку в звучании хора:

неверное вступление голосов, ошибочный динамический нюанс, неточное взятие

дыхания, ритмическое колебание и др. Строгость и выразительность движений

концертмейстера во время исполнения влияет и на восприятие слушателей зала, в

котором выступает хоровой коллектив во время концерта.

Участие концертмейстера в повседневной работе хорового коллектива требует

от него хорошо развитого гармонического слуха и комплексного музыкального

мышления. От него требуется умение играть многострочные партитуры. Поэтому уже

при первом беглом, но внимательном взгляде на партитуру он должен видеть весь

объем фактуры, мгновенно воспринимать и оценивать логику гармонического,

тембрового

и

ритмического

содержания

произведения,

предвидеть

движение

музыкального материала.

Чаше

всего,

перед

тем

как

выйти

к

хору

с

новым

произведением,

концертмейстер знакомится с ним во внеурочное время. Для предварительного

ознакомления концертмейстера с хоровым произведением есть своя методика. «Здесь

сначала рекомендуется сыграть вокальные партии в совмещенном виде на рояле, а

также ознакомиться с каждой партией отдельно путем интонирования ее голосом со

словами (при этом следует учесть, что теноровая партия играется на октаву ниже).

После этого присоединить к ансамблирующим голосам гармоническую основу

частично или полностью в зависимости от наличия аккордовых звуков в вокальных

партиях» - рекомендует Н. Крючков . Это необходимо для того, чтобы составить

комплексное впечатление о звучании сочинения. Естественно, что выиграть буквально

все реальные звуки совмещенной партитуры при этом не представляется возможным.

Имеется в виду создание собственного рабочего варианта аранжировки. Так, в хоре

«Слава народу» С. Рахманинова фортепианную партию правой руки (аккордовые

триоли) придется играть в сжатом виде левой рукой одновременно с партией басового

голоса .

Некоторые аккомпанементы хоровых произведений репертуара хорового класса

ДШИ являются фортепианными переложениями (клавирами) оркестровых партитур. В

этих случаях пианисту желательно ознакомиться с оркестровой партитурой сочинения

и желательно со звукозаписью, чтобы иметь представление об оркестровых красках

оригинальной версии. Фортепиано не может точно передать тембровую окраску тех

или иных инструментов, но стремиться к этому нужно. Концертмейстер должен

приблизить фортепианную партию клавира к партитуре композитора, к оркестровой

красочности, а отсюда и к музыкально-сценической образности. Знание основ

оркестровых

стилей

композиторов

поможет

более

точно

воплотить

замысел

конкретного сочинения. Оркестровка Моцарта. Глинки, Даргомыжского, безусловно,

отличается от оркестровки Римского-Корсакова, Вагнера, Чайковского, Глазунова.

Хорошо, если пианист знает о составе оркестра, масштабах его звучания в

произведениях того или иного композитора.

Следует учесть, что многие темпы при исполнении на рояле несколько

«сдвигаются». Обусловлено это невозможностью достигнуть протяженности звучания,

аналогичной оркестровой. Атака звука у пианиста, безусловно, более определенная,

даже острая, чем у любой оркестровой группы. Необходимо учитывать еще один

важный момент. «Пытаясь воплотить на рояле «объемное» оркестровое звучание

(особенно в кульминациях), пианисты подчас пытаются извлечь из инструмента не

свойственную ему звучность, теряя при этом благородство звучания на fortissimo» -

предостерегает начинающих концертмейстеров опытный аккомпаниатор и педагог

концертмейстерского класса Е. Шендерович . Пианисту надо также помнить, что не

все клавирные переложения удачны, и допускается их аранжировка, исходя из

индивидуальных возможностей исполнителя и логики музыки.

В ансамбле с солистами-инструменталистами

Аккомпанирование

солистам-инструменталистам

имеет

свою

специфику.

Концертмейстеру не обойтись здесь без умения «слышать мельчайшие детали партии

солиста,

соизмеряя

звучность

фортепиано

с

возможностями

солирующего

инструмента и художественным замыслом солиста» . Так, при аккомпанементе

скрипке сила звука фортепиано может быть больше, чем при аккомпанементе альту

или виолончели. При аккомпанементе духовым инструментам пианист должен

учитывать возможности аппарата солиста, принимать во внимание моменты взятия

дыхания при фразировке. Также необходимо контролировать чистоту строя духового

инструмента с учетом разогрева. Сила, яркость фортепианного звучания в ансамбле с

трубой, флейтой, кларнетом может быть больше, чем при аккомпанементе гобою,

фаготу, валторне, тубе. При инструментальном аккомпанементе особенно важна

тонкая слуховая ориентация пианиста, так как подвижность струнных и деревянных

духовых инструментов значительно превышает подвижность человеческого голоса.

Концертмейстеру следует знать особенности нотации сольных партий для

различных инструментов – обозначения флажолетов, различных штрихов и т.п.,

альтовый и теноровый ключи.

Для предварительного ознакомления с полной фактурой инструментального

произведения с аккомпанементом рояля наиболее подходящим путем является

первоначально

проигрывание

партии

солирующего

голоса

в

сопровождении

упрощенной фактуры гармонической основы партии аккомпанемента. «Для этого, -

советует Н. Крючков, - надо отдельно проиграть партию аккомпанемента и выделить

ее гармоническую основу путем сведения всех звуков гармонического фона к ряду

аккордов в их простейшем изложении. При этом выпускаются не только все

внегармонические и колорирующие звуки гармонического фона, но и любые другие

компоненты

фортепианной

партии,

как,

например,

подголоски

и

другие

полифонические образования» .

В инструментальных произведениях точное воспроизведение солирующей

партии на рояле часто невыполнимо, особенно в виртуозных пьесах. В таких случаях

рояль должен служить лишь вспомогательным средством при предварительном

просмотре произведения, для того чтобы создать мысленно ясное представление об

интонационном содержании партии солирующего инструмента. В самостоятельной

работе пианист выявляет принципы построения пассажей, определить их опорные

звуки в их соотношении с гармонической основой и таким путем хорошо

ознакомиться с произведением, чтобы иметь возможность во время игры с солистом

следить за его партией.

Остановимся на основных особенностях работы концертмейстера в классе

скрипки. Основная задача концертмейстера в классе заключается в том, чтобы

совместно с преподавателем помочь ученику овладеть произведением, подготовить

его к концертному выступлению. Обычно работа учащегося над пьесой состоит из

следующих стадий: разбор. фрагментарное исполнение, исполнение подряд от начала

до конца (репетиционное), которое предшествует концертному. Концертмейстер

может включиться в эту работу еще на стадии разбора для решения самых различных

задач.

Если ученик на стадии разучивания пьесы теряет контроль над интонацией

(особенно в высоких позициях), пианист может подыграть звуки мелодии, как это

делается в вокальных классах. Он помогает ученику справиться с непонятным для

него ритмом, дублируя на рояле сольную партию. Иногда ученики не додерживают

или сокращают длинные ноты во время пауз у фортепиано. В этих случаях полезно

бывает

временно

заполнить

такую

паузу

аккордами.

Вообще

временное

видоизменение фактуры аккомпанемента часто помогает юному скрипачу быстрее

освоить свою партию. Если ученик находится на ранней стадии овладения

произведением, то концертмейстеру необязательно играть свою партию в полном

объеме, он может ограничиться лишь главными ее элементами: важнейшими басами,

гармониями.

Существует, по меньшей мере два момента в аккомпанементе, учет которых

обеспечивает целостность и законченность исполнения в ансамбле с любым

партнером, а со скрипачом, в особенности. Это темпоритм и динамика.

Своеобразие темпоритмической стороны исполнения ученика определяется

постепенным освоением им новых видов штрихов, усложняющейся с течением

времени фактуры, наконец, распределением смычка. Все это влияет на характер

аккомпанемента. Каждый раз. когда скрипач овладевает новым. не встречавшимся еще

ему штрихом, концертмейстер должен быть начеку.

Характерный пример – штрих «сотийе», который часто начинают осваивать с

«Танца» Дженкинсона . Редко бывает. чтобы учащиеся могли исполнить эту пьесу в

быстром и стабильном темпе. Как правило, движение замедляется к середине, а в

репризе темп возвращается. Должно пройти время, чтобы ученик выработал этот

легкий кистевой штрих. Аккомпанируя «Танец» Дженкинсона, концертмейстер

должен быть очень чуток и гибок в отношении темпа. Излишнее давление и жесткая

заданность в темпе могут привести к остановке исполнения и нанесут вред ученику.

Пройдет время, и ученик, приобретя опыт, сможет сыграть этим штрихом всю пьесу в

нужном темпе.

особого внимания и осторожности требуют и другие скрипичные штрихи,

например, staccato, встречающиеся в произведениях школьного репертуара.

Существенно влияют на ансамбль ученика и аккомпаниатора фактурные

трудности в партии скрипки, например исполнение двойных нот. Как правило, на их

озвучивание тратиться время, и темп замедляется. Бывает, что солисту выгодно

немного ускорить темп (если несколько нот приходится на один смычок). Все это не

может не учитывать пианист в аккомпанементе.

Ломаные аккорды – еще один пример скрипичной фактуры, требующей

внимания от концертмейстера. Если такие аккорды чередуются с мелкими нотами, то

пианист должен выждать, когда ученик все как следует озвучит в аккордах,

существенно замедлив при этом темп. В фигурации ученик как ни в чем ни бывало

возвратится к нужному темпу, и пианист должен быть к этому готов. Это – пример

того, когда музыкальная логика расходится с инструментальной технологией.

Характерный случай представляет собой исполнение главной темы в концерте

Берио № 9 . Неопытного концертмейстера здесь ожидает подвох. Если он будет играть

аккорды равномерно, то уже во время пассажа у скрипки почувствует неполадки в

ансамбле, которые тут же подтвердятся расхождением в следующем такте. «Секрет»

заключается в том, что пассаж, начинающийся с басовой струны и стремительно

идущий вверх, на скрипке удобнее играть не ровно, а с задержкой в начале и с

последующим ускорением.

Слаженность ансамбля аккомпаниатора и юного скрипача зависит и от умения

последнего

вести

смычок.

Трудности

встречаются

уже

при

окончании

пьес

кантиленного характера, завершающихся длинной нотой: смычка как правило не

хватает. Даже если пианист будет шестнадцатые ноты в конце пьесы Сен-Санса

«Лебедь» в темпе presto, смычка у скрипача все равно не хватит. Пианисту лучше не

спешить, а скрипачу длить последнюю ноту, насколько это возможно, и остановить

смычок у конца, не опуская его, пока не прекратится звучание у фортепиано. В

середине пьес, где смычок уже не остановишь, пианисту приходится искать

возможность подвинуть темп активной фразировкой, не теряя при этом чувство меры.

Концертмейстер

должен

помнить

в

подобных

случаях,

что

есть

предел

приспособляемости, который переступать нельзя.

Что касается динамической стороны ансамбля с юным солистом, то здесь

следует учитывать такие факторы, как степень общемузыкального развития ученика,

его техническую оснащенность, наконец, возможности конкретного струнного

инструмента, на котором он играет. В произведениях, в которых партия рояля является

типично аккомпанирующей, солист всегда играют ведущую роль, несмотря на то, что

по своему артистическому уровню он является более слабым партнером. В этих

условиях хороший аккомпаниатор не должен выпячивать преимущества своей игры,

должен уметь остаться «в тени солиста», подчеркнув и высветив лучшие стороны его

игры.

В этом отношении очень важным является вопрос о характере игры

фортепианных вступлений. Очень комичным будет жалкое звучание скрипки в руках

слабого

скрипача

или

невнятная

игра

начинающего

виолончелиста

после

«громогласного» вступления концертмейстера. Играя в ансамбле с «неярким»

солистом, пианисту следует исполнить вступление очень выразительно, но соизмеряя

свою игру со звуковыми и эмоциональными возможностями ученика.

Большое значение для эффективности классной работы имеет характер общения

концертмейстера и педагога, так как от этого зависит не только музыкальное

продвижение ученика, но и воспитание его как человека. В процессе урока и

репетиций педагог нередко высказывает концертмейстеру пожелания, замечания и т.п.

Реакция концертмейстера на такие замечания имеет важное значение для воспитания

ученика. Основной принцип здесь – заинтересованность концертмейстера, которую

должен чувствовать ученик.

Работа пианиста в классе виолончели имеет немало общего с классом скрипки,

но и свою специфику. В классе виолончели большое внимание уделяется работе над

звуком, который зависит от скорости ведения смычка, смены смычка, различной

attacci звука. Концертмейтеру надо иметь представление о различных штрихах,

которые исполняются концом смычка, серединой смычка, о моментах соотношения

штриха с вибрационным импульсом, различной тембровой и вибрационной окраской

звука, использованием разных струн, как особой тембровой окраски, Эти моменты

имеют значение в разрешении художественных задач полноценного ансамблевого

исполнения.

Например, в старинных сонатах, которые входят в учебный репертуар

виолончелистов (старшекласников), у солиста часто в быстром темпе идет «техника»,

а у пианиста – ритмичный аккомпанемент. Когда при этом у солиста встречаются

большие позиционные скачки, скачки через дальние струны, и т. д., пианист не имеет

права опережать виолончелиста. Такой аккомпанемент только помешает исполнителю.

Концертмейстер должен знать различия между spiccato, которое играется у

колодки, и sautille (тоже staccato, но более легкое, в середине смычка). И есть штрих

staccato, который предусматривает исполнение большого количества нот на один

смычок (например, в сонате Локателли). «В первых двух случаях концертмейстер

помогает солисту четко держать определенный ритмический пульс, а в последнем –

пианист должен уметь «поймать» солиста, чтобы быть вместе с ним, так как этот

штрих у виолончелистов не очень управляемый» - замечает опытный концертмейстер

Г. Брыкина .

Очень часто может случиться, что пианист при разрешении каданса кажется

«раньше» солиста, то есть не дает ему досказать фразу. Сюда же относится и

слышание инструментальных переходов, аналогичных вокальным. Они могут быть и

на усилении звука, и на diminuendo. Здесь концертмейстеру важно слышать

напряжение в звуке или растворении звучания виолончели, чтобы сопровождение в

этот момент соответствовало наполнению смычка. Концертмейстер должен знать,

слышать и чувствовать все эти нюансы.

В старших классах виолончелисты и скрипачи исполняют крупные концертные

формы. В работе пианиста над инструментальными концертами существует своя

специфика.

Очень часто на учебных концертам исполняются лишь первые «соло» из

произведений крупной формы. Так как такие произведения, как правило, имеют

двойную экспозицию, то возникает необходимость сделать купюру. Признак хорошей

купюры – ее незаметность. Нужно постараться провести главную тему так, как она

изложена в начале, а затем сделать переход ближе к вступлению солиста, соблюдая

естественность модуляции и необходимую симметрию. Распространенное в практике

проигрывание всего нескольких тактов перед вступлением солиста выглядит

искусственным и ничего не может дать ученику в смысле настройки на характер

музыки. В произведениях, выходящих за рамки учебного репертуара и имеющих

выдающуюся художественную ценность (например, в ре-мажорном концерте Моцарта

«Аделаида»), желательно совсем обойтись без купюр.

Фортепианные версии переложения оркестровой партитуры инструментальных

бывают очень разными, порой неудобными. Концертмейстеру приходится что-то

сокращать, как бы делая собственное переложение оркестровой партии, но не в ущерб

музыке. Важная задача концертмейстера – постараться имитировать звучание

оркестра, изобразить на рояле необходимую разницу звучания струнных, духовых или

ударных инструментов.

Особо стоит остановиться на концертных и экзаменационных выступлениях

пианиста с учениками струнно-смычкового отделения. На этапе выхода произведения

на концертное исполнение от концертмейстера зависит, спасет ли он слабую игру

скрипача, или испортит хорошую. Пианист обязан продумать все организационные

детали, включая тот факт, кто будет переворачивать ноты. Пропущенный во время

переворота бас или аккорд, к которому привык ученик в классе, может вызвать

неожиданную реакцию - вплоть до остановки исполнения.

Выйдя на сцену, концертмейстер должен приготовиться к игре раньше своего

младшего партнера, если они начинают одновременно. Для этого сразу после

настройки скрипки или виолончели нужно положить руки на клавиатуру и

внимательно следить за учеником, очень часто, особенно в начальных классах,

ученики начинают играть сразу после того, как педагог проверил положение рук на

инструменте, что может застать концертмейстера врасплох. Конечно, нужно как

можно раньше, еще в классе научить учащегося показывать концертмейстеру начало

игры, но это умение не у всех появляется сразу. Иногда пианисту бывает необходимо

самому показать вступление, но делать это надо в порядке исключения. Ученик,

который привык к концертмейстерским показам, отвыкает от самостоятельности и

теряет необходимую для солиста инициативу.

Следующий вопрос касается того, должен ли концертмейстер диктовать свою

волю солисту во время концертного исполнения, задавая и выдерживая жесткий темп

и ритм. Концертмейстер и педагог всеми силами должны стремиться передать

инициативу ученику. «Императивные» исполнения в классе допустимы лишь как

эпизоды, средство эмоционально разбудить ученика. Сущность же аккомпанирования

юному солисту состоит в том, чтобы помочь ему выявить свои, пусть скромные

намерения, показать свою игру такой, какая она есть на сегодняшний день.

Иногда бывает, что ученик вопреки классной работе (а иногда - и вследствие ее)

не справляется на концерте с техническими трудностями и отклоняется от темпа. Не

следует резкой акцентировкой подгонять уставшего солиста – это ни к чему не

приведет, кроме остановки исполнения. Концертмейстер должен неотступно следовать

за учеником, даже если тот путает текст, не выдерживает паузы или удлинняет их.

Если солист фальшивит, концертмейстер может попытаться ввести своего

подопечного в русло чистой интонации. Если фальшь возникла случайно, но ученик

этого не услышал, можно резко выделить в аккомпанементе родственные звуки, чтобы

сориентировать его. Если же фальшь не очень резкая, но длительная, то следует,

наоборот, спрятать все дублирующие звуки в аккомпанементе и этим несколько

сгладить неблагоприятное впечатление.

Очень

распространенным

недостатком

ученической

игры

является

«спотыкание», и концертмейстер должен быть к нему готов. Для этого он должен

точно знать, в каком месте текста он сейчас играет, и не отрываться надолго от нот.

Обычно ученики пропускают несколько тактов. Быстрая реакция концертмейстера

(подхват солиста в нужном месте) сделает эту погрешность почти незаметной для

большинства слушателей. Более каверзной является другая, типично детская ошибка.

Пропустив несколько тактов, «добросовестный» ученик возвращается назад, чтобы

сыграть все пропущенное. Даже опытный концертмейстер может растеряться от такой

неожиданности, но с течением времени вырабатывается внимание к тексту и

способность сохранять ансамбль с учеником, несмотря на любые сюрпризы.

Иногда даже способный исполнитель на струнном инструменте запутывается в

тексте настолько, что это приводит к остановке звучания. Концертмейстеру в этом

случае следует сначала применить музыкальную «подсказку», сыграв несколько нот

мелодии. Если это не помогло, то надо договориться с учеником, с какого места

продолжить исполнение и далее спокойно довести пьесу до конца. Выдержка

концертмейстера в таких ситуациях позволит избежать образования у учащегося

комплекса боязни эстрады и игры на память. Еще лучше обговаривать до концерта, с

каких моментов может быть возобновлено исполнение в случаях остановок в

определенных частях формы.

Игра в классе струнных смычковых инструментов обогащает тембровые

представления и тембровый слух пианиста-концертмейстера и очень развивает его в

музыкальном плане.

V. Заключение.

Работа концертмейстера в школе искусств заключает в себе и чисто творческую

(художественную), и педагогическую деятельность. Музыкально-творческие аспекты

проявляются в работе учащимися любых специальностей. Педагогическая сторона

деятельности особенно отчетливо выявляется в работе с учащимися вокального и

хореографического классов, а также в определенной мере предполагается в работе с

исполнителями на струнных смычковых инструментах.

Мастерство концертмейстера глубоко специфично. Оно требует от пианиста не

только огромного артистизма, но и разносторонних музыкально-исполнительских

дарований, владения ансамблевой техникой, знания основ певческого искусства,

особенностей игры на различных инструментах, также отличного музыкального слуха,

специальных музыкальных навыков по чтению и транспонированию различных

партитур, по импровизационной аранжировке на фортепиано.

Деятельность

концертмейстера

требует

от

пианиста

применения

многосторонних знаний и умений по курсам гармонии, сольфеджио, полифонии,

истории

музыки,

анализа

музыкальных

произведений,

вокальной

и

хоровой

литературы, педагогики – в их взаимосвязях.

Для педагога по специальному классу концертмейстер – правая рука и первый

помощник, музыкальный единомышленник.

Для солиста (певца и инструменталиста) концертмейстер – наперсник его

творческих дел; он и помощник, и друг, и наставник, и тренер, и педагог. Право на

такую роль может иметь далеко не каждый концертмейстер – оно завоевывается

авторитетом

солидных

знаний,

постоянной

творческой

собранностью,

настойчивостью,

ответственностью

в

достижении

нужных

художественных

результатов при совместной работе с солистами, в собственном музыкальном

совершенствовании.

Полноценная профессиональная деятельность концертмейстера предполагает

наличия у него комплекса психологических качеств личности, таких как большой

объем внимания и памяти, высокая работоспособность, мобильность реакции и

находчивость в неожиданных ситуациях, выдержка и воля, педагогический такт и

чуткость.

Специфика работы концертмейстера в детской школе искусств требует от него

особого универсализма, мобильности, умения в случае необходимости переключиться

на работу с учащимися различных специальностей. Концертмейстер должен питать

особую, бескорыстную любовь к своей специальности, которая (за редким

исключением) не приносит внешнего успеха – аплодисментов, цветов, почестей и

званий. Он всегда остается «в тени», его работа растворяется в общем труде всего

коллектива. «Концертмейстер – это призвание педагога, и труд его по своему

предназначению сродни труду педагога».

ЛИТЕРАТУРА:

1.

Бекина С.И., Ломова Т.П. Музыка и движение. М.: Музыка, 1984. – 180 с.

2.

Бенцианова С. Концертмейстеры большой оперы // Музыка и время. – М., 2002,

№ 6. – С. 31-34.

3.

Борисова Н.М. Содержание урока по концертмейстерскому классу на МПФ

пединститута // Вопросы исполнительской подготовки учителя музыки. - М.,

1982. – С. 130-140.

4.

Виноградов

К.М.

О

работе

оперного

концертмейстера

//

О

работе

концертмейстера: Сб. статей / Ред. М. Смирнов. – М.: Музыка, 1974. – С. 111-

134.

5.

Воротной М.В. О концертмейстерском мастерстве пианиста: к проблеме

получения квалификации в Вузе // Проблемы музыкального воспитания и

педагогики: Сборник научных трудов / Науч. ред. Н.К. Терентьева. – СПб.,

РГПУ им. А.И. Герцена, 1999. – Вып. 2. – С. 66-70.

6.

Воскресенская Т. Заметки о чтении с листа в классе аккомпанемента // О

мастерстве ансамблиста. Сб. науч.. трудов. – Л.: Изд-во ЛОЛГК, 1986. – С. 31-48.

7.

Живов Л. Подготовка концертмейстеров-аккомпаниаторов в музыкальном

училище // Методические записки по вопросам музыкального образования. – М.,

1966. – С. 329-345.

8.

Крюкова И.А. Методы формирования импровизационных умений студентов в

процессе концертмейстерской подготовки // Вопросы фортепианной педагогики.

– М., 1980. – С. 124-131.

9.

Крючков Н. Искусство аккомпанемента как предмет обучения. - М.: Музыка,

1961.

10.Кубанцева Е.И. Концертмейстерство – музыкально-творческая деятельность //

Музыка в школе. – 2001. - № 2. – С. 38-40.

11.Кубанцева Е.И. Методика работы над фортепианной партией пианиста-

концертмейстера // Музыка в школе. – 2001. - № 4. – С. 52- 55.

12.Кубанцева Е.И. Процесс учебной работы концертмейстера с солистом и хором //

Музыка в школе. – 2001. - № 5. – С. 72-75.

13.Мур. Дж. Певец и аккомпаниатор: Воспоминания. Размышления о музыке. /

Перевод с англ. Предисловие В.И. Чачавы. – М.: «Радуга», 1987. - 432 с.

14.Осипова А.С. О специфике работы концертмейстера в класе хорового

дирижирования // Державинские чтения. Культурология. Искусствоведение.

Социально-культурная

деятельность:

Материалы

научной

конференции

преподавателей и аспирантов (февр. 1998 г.) / Тамбовск. гос. ун-т. Отв. ред. Б.С.

Гейко. – Тамбов: Изд-во ТГУ, 1998. – С. 65-66.

15.Подольская В.В. Развитие навыков аккомпенемента с листа // О работе

концертмейстера / Ред.-сост. М. Смирнов. – М.: Музыка, 1974. – С.88-110.

16.Саранин

В.П.,

Евстихеев

П.Н.

Анализ

терминов

«концертмейстер»

и

«аккомпаниатор»

(к

вопросу

о

совершенствовании

концертмейстерской

подготовки учителя музыки // Музыкальное воспитание: опыт, проблемы,

перспективы: Мезвуз. сборн. науч. трудов. – Вып 4 / Отв ред.Т.А. Стахи. –

Тамбов: Изд-во ТГУ, 1998. – С. 69-74.